Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№6, Июнь 2017

КОНКУРС «ВСЕМИРНЫЙ ПУШКИН»

Елизавета ЛАРИНА
Диалог в «Евгении Онегине»

 

В последнее время невозможно представить ни одной области человеческих знаний, ни одной сферы жизнедеятельности, вкоторой бы не присутствовал диалог как структурный компонент. Исследование такого компонента вклассическом художественном произведении, не теряющем востребованности иобретающем новые смыслы укаждого поколения читателей, актуально.

В художественных произведениях диалоги выступают как яркий стилистический приём, средство оживления повествования. Диалог художественного произведения разнопланов, тоесть выступает втексте вразных срезах. Художественно-эстетические функции диалогов многообразны, они зависят от индивидуального стиля писателя, от особенностей инорм того или иного жанра иот других факторов.

В этих смыслах роман А.С.Пушкина «Евгений Онегин» является диалогом автора считателем, самим собой, героями романа, потомками, современниками автора, со всей современной ему эпохой, ссамим романом.

Это первый реалистический русский роман, первый русский роман встихах, который известный литературный критик В.Г.Белинский назвал «энциклопедией русской жизни иввысшей степени народным произведением». Он писал, что «Онегин» есть самое задушевное произведение Пушкина, самое любимое дитя его фантазии, иможно указать слишком на немногие творения, вкоторых личность поэта отразилась бы стакою полнотою, светло иясно, как отразилась в«Онегине» личность Пушкина. Здесь вся его жизнь, вся любовь его; здесь его чувства, понятия, идеалы… Не говоря уже об эстетическом достоинстве «Онегина», эта поэма имеет для нас, русских, огромное историческое иобщественное значение…». Работу над произведением А.С.Пушкин назвал подвигом наряду сподвигом создания драмы «Борис Годунов». Роман был, по словам поэта, «плодом… ума холодных наблюдений исердца горестных замет».

Роман начинается изаканчивается, как диалог. «Хотел бы ятебе представить собранье пёстрых глав» (посвящение П.А.Плетнёву). «Ктоб ни был ты, омой читатель, друг, недруг, яхочу стобой расстаться нынче как приятель» (гл.8, ст.XLVIII). «Мои богини! что вы? где вы?.. Все те же ль вы? другие ль девы, сменив, не заменили вас?» (гл.1, ст.XIX). «Быть может (лестная надежда!), укажет будущий невежда на мой прославленный портрет…» (гл.2, ст.XL). «Иди же кневским берегам, новорождённое творенье, изаслужи мне славы дань…» (гл.1, ст.LX). Поэт постоянно обращается кдрузьям, знакомым, героям романа идаже ко времени.

Жанр произведения А.С.Пушкина диалогически стремится разрешить конфликт поэзии ипрозы. Логический строй речи часто не совпадает сритмическим строем стиха, что позволяет создать максимально возможную приближённость поэтической речи кпрозаической.

Показательно, что вромане «Евгений Онегин» всего 13диалогов впривычном школьном понимании, то есть одноплановых диалогов, что, на первый взгляд, несколько удивляет. Такая ситуация обусловлена прежде всего стилем автора иноваторским для того времени жанром произведения. Для Пушкина не были характерны большие жанровые формы вих традиционном понимании. Гений, реформатор русского языка стремился ккраткости синтаксических конструкций, отсутствию стилистической затейливости фраз. По замечанию В.В.Виноградова, здесь сказывается влияние, содной стороны, Н.М.Карамзина, сдругой— французского языка как языка общения ввысших слоях общества всовременную Пушкину эпоху.

Думается, что вусловиях несовершенного, не оформившегося окончательно языка прозы 1820-х— 1830-х годов писать роман было для гения естественнее встихах. Ктому же опыт создания произведения такого жанра уже был вмировой литературе (например, Дж.Байрон, «Дон Жуан»).

По мнению В.В.Одинцова, диалоги впроизведениях А.С.Пушкина представляют интерес ипотому, что они являются этапными вистории развития русской прозы. «Иформально-стилистически, иструктурно, исодержательно диалог (впрозе писателей XVIIIв.) не выделялся из повествования, принципиально лежал сним водной плоскости. Эта иллюстративно-повествовательная одноплановость разрушала, растворяла формы диалога иповествования. Редкие реплики связывались не между собой, ачаще всего соотносились савторским повествованием».

При внешней традиционности «диалоги Пушкина образуют семантико-стилистическую структуру, которая строится на противоречивом столкновении разных характеров». Достигается это «главным образом за счёт подтекста, диалектического обнажения второго плана, столкновения разных точек зрения. Подтекст же возникает благодаря активному взаимодействию итесной связи реплик ипостоянной соотнесённости диалога иповествования».

13одноплановых диалогов расставляют архитектонические акценты вромане. Это своего рода диалоги-столкновения. Показательно, что они выстраиваются симметрично центральной, кульминационной 5-й главе: по два диалога в4-й и6-й главах ипо 4диалога в3-й и7-й главах. Уменьшение количества таких диалогов-столкновений при приближении кцентральной главе создаёт дополнительную сюжетную напряжённость, композиционно исодержательно подчёркивает центральное место 5-й главы. 1-я и2-я главы сюжетно являются параллельными, так сказать, подводящими нас кдиалогам-столкновениям. Параллельными, ведущими кфиналу главами были 9-я и10-я, они издавались отдельно, но композиционно, по замыслу автора, должны были следовать после 7-й главы. Получается симметричный, диалогичный, композиционный рисунок, подготавливающий финал— 8-ю главу содним одноплановым диалогом. Такое расположение диалогов вромане создаёт эмоциональное напряжение, усиливая его перед кульминацией иослабляя при приближении кразвязке.

Вдиалогичном рисунке видна не только симметрия композиционная. Здесь есть исимметрия семантическая. Диалоги 3-й и7-й глав, как идиалоги 4-й и6-й глав, семантически зеркально отражаются друг вдруге, ведут семантический диалог.

К примеру, впервом по счёту диалоге из четырёх, обозначенных вглаве3, Ольга называется Онегиным, ещё незнакомым сней, Филлидой. Онегин вызывается поехать вгости кЛариным. В«зеркальном» первом диалоге 7-й главы Татьяна наносит «ответный визит» Онегину, когда того нет дома.

Вспомним, что Филлида, персонаж древнегреческой мифологии, покончила жизнь самоубийством, так как её жених, поехавший на родину, долго не возвращался. В7-й главе ключница Анисья вдиалоге сТатьяной одоме иего хозяевах говорит опокойном ктому времени Ленском. Всимметричном семантическом отражении фактически на самоубийство пошёл Ленский, аФиллида-Ольга явилась причиной этого самоубийства, катализатором же, приведшим поэта ктрагической развязке, стал собеседник Онегин.

Таким образом, символы романа во время семантического диалога дублируют друг друга вразных ситуациях, трансформируются впротивоположные. Они подчёркивают контраст изображаемого, претерпевают некоторые незначительные изменения, выявляя схожесть ситуаций, характеров, позволяя читателю давать оценку тому или иному герою, ситуации, не упускать связь сюжетных линий.

Диалоги 4-й и6-й глав, безусловно, более эмоционально накалены по сравнению сдиалогами 3-й и7-й глав. Так, впервых диалогах спор идёт особлюдении формы, установленных правил. В4-й главе речь идёт ожанрах поэтических произведений, которые являлись традиционными для литературных направлений целых эпох (оды— для эпохи классицизма века Просвещения, элегии— для романтизма). Фактически, это спор ожанрах разных литературных направлений. В6-й же главе заостряется внимание на присутствии секундантов уобоих участников дуэли, что теоретически должно было строго соблюдаться.

Таким образом, символы романа во время семантического диалога подчёркивают схожесть ситуаций, характеров, позволяя читателю давать оценку тому или иному герою, не упускать связь сюжетных линий.

Приведём пример цитированного диалога из романа, который разнообразит речь вромане «Евгений Онегин»; воспроизводит чужую речь, характеризуя персонажей; выражает «мораль» повествования:

Критик строгий…
Кричит: «Да перестаньте плакать…
Довольно, пойте одругом!»
Ты прав… (гл.4, ст.XXXII).

А вот диалог композиционный, ставящий архитектонический акцент вкомпозиционной завязке произведения Пушкина:

«Скажи: которая Татьяна?
Да та, которая грустна…
Неужто ты влюблён вменьшую?
Ачто?
Явыбрал бы другую,
Когда б ябыл, как ты, поэт». (гл.3, ст.V.)

Здесь прослеживается описание пейзажа глазами героя (Онегина) для передачи его психологического состояния (введение так называемого свободного мотива), атакже диалог-спор.

Сюжетный диалог состоит из реплик одноплановых диалогов разных глав, вовлекая сюжеты вкоммуникативную ситуацию большого диалога всего произведения:

Онегин… молвил:
— Вы ко мне писали…
Мне ваша искренность мила…» (гл.4, ст.XII.)
И тихо наконец она (Татьяна):
— Сегодня очередь моя…
Вам была не новость
Смиренной девочки любовь?..
И нынче— боже!— стынет кровь,
Как только вспомню взгляд холодный… (гл.8, ст.XLIIXLIII.)

А вот идиалог семантический:

— …Велеть ему,
Чтоб он не говорил ни слова…
— Кому же, милая моя?..
— Как недогадлива ты, няня! (гл.5, ст.XXXV.)
Шум, хохот, беготня, поклоны…
Ей душно здесь… она мечтой…
Стремится… всумрак липовых аллей,
Туда, где он являлся ей…

— Взгляни налево поскорей.
— Налево? где? что там такое?
— Ну, что бы ни было, гляди… (гл.7, ст.LIV.)

В этом диалоге мы видим введение динамического мотива, когда побуждение кдействию сопровождается сменой событий, развитие сюжета, атакже реализацию психологической функции диалога, когда ситуация (бал) порождает определённое психологическое состояние (отстранённость), очем свидетельствует реплика Татьяны («Где? что там такое?»).

В.В.Виноградов под «двуплановостью» диалогов понимает противоречие между словесными репликами исопровождающей их мимикой героев: «Звучат голоса героев. Но параллельно сэтой речью, сплетаясь сней, её дополняя, разъясняя или разоблачая, вступая сней впротиворечие, иногда её вытесняя, развивается другой диалог— зрительный: говорят глаза, губы, рот, лицо, говорят их сменяющиеся выражения. Ивсю сложную семантику их показаний, весь этот многозначительный мимический разговор… (автор) передаёт тоже вобразах иформах устного диалога, который наслаивается на произносимый, звучащий диалог». Нагляднее всего такую двуплановость мы можем проследить вдиалогах замужней Татьяны иОнегина, кроме, разумеется, последнего их диалога вромане:

У ней ибровь не шевельнулась;
Не сжала даже губ она…

С ней речь хотел он завести
И— ине мог.
Она спросила,
давно ль он здесь, откуда он?..
Потом ксупругу обратила
Усталый взгляд… (гл.8, ст.XIX.)

В этом диалоге прослеживается иинформационная функция диалога вромане, когда автор избегает многословия, передавая диалог косвенно, не воспроизводя дословно ответы Онегина.

Диалогов, состоящих из одной реплики, вромане «Евгений Онегин» 30, тоесть почти вдва раза больше, чем одноплановых. Добавим квышесказанному остремлении А.С.Пушкина кясности языка илаконичности форм то, что роман написан так называемой онегинской строфой. Она задаёт композиционный рисунок, не позволяя его отягощать.

Примечательно, что строение такой строфы напоминает диалог:AbAbCCddEffEgg. Водной строфе будто говорят четыре человека (1:АbAb, 2:CCdd, 3:EffE, 4:gg ), высказывая свои реплики друг за другом, правда, встрогой очерёдности. При таком строении текст легко воспринимается читателем, создаётся эффект постоянной беседы (независимо от того, читаете вы текст или слушаете). При этом читатель не ощущает себя пассивным слушателем, посторонним вэтом диалоге. Напротив, кнему обращены вопросы: «Кчему бесплодно спорить свеком?» (гл.1, ст.XXV). Он вовлечён врассуждения: «Мы все учились понемногу чему-нибудь икак-нибудь…» (гл.1, ст.V). Перед ним извиняются: «Вот неполный, слабый перевод, сживой картины список бледный или разыгранный Фрейшиц перстами робких учениц» (гл.3, ст.XXXI) ит.п. Таким образом, читатель является полноценным участником диалога, моделирующего композицию романа, являющегося «мирообразующей формой» романа.

Определённое количество строк (16) ирифменная схема онегинской строфы обусловливают краткость диалоговых реплик. Примечательно, что они связаны семантически, подтекстно между собой, иногда диалогически перекликаясь, иногда последовательно нанизываясь на сюжетную нить. Так, письмо Онегина Татьяне является зеркальным отражением монолога Онегина вначале романа. Здесь есть диалектика образа главного героя. Это же письмо, несомненно, диалогически обращено кписьму Татьяны, является долгожданным ответом на него.

Реплика Онегина «Пади, пади!» (гл.1, ст.XXVI)— это частеречный омоним. Она, естественно, адресована кучеру. Но обратим внимание на фактически транскрибированную передачу на письме этой реплики А.С.Пушкиным. Подтекстно реплика адресована душе Онегина, которая падает впропасть, вто время как главный герой наслаждается материальными благами цивилизации.

Смысловое звено сэтой репликой образует следующая реплика Онегина, произнесённая втеатре: «Балеты долго ятерпел, но иДидло мне надоел» (гл.1, ст.XXI). Автор намеренно делает сноску кэтому высказыванию, включаясь, таким образом, вдиалог изамечая, что «балеты г.Дидло исполнены живости воображения ипрелести необыкновенной», атакая реакция Онегина на представления выдающегося балетмейстера— «черта охлаждённого чувства, достойная Чайльд-Гарольда» [сноска5 в«Примечаниях кЕвгению Онегину»). Здесь есть ярко выраженный второй диалоговый план, где «всё хлопает» артистам, Онегин же «на сцену вбольшом рассеянье взглянул, отворотился— изевнул» (гл.1, ст.XXI). Это двуплановый диалог Онегина со зрителями.

Параллельно диалогам героев идут диалоги сюжетных линий: неудавшийся брак старшей Лариной ссержантом исостоявшийся брак Ольги своенным; брак старшей Лариной иТатьяны не по любви; жизнь Онегина, Ленского, Татьяны до их встречи, жизнь Онегина иТатьяны после гибели Ленского. Моменты биографии автора также диалогично пересекаются ссюжетными линиями Онегина, Татьяны, Ленского.

Диалог автора считателем на протяжении всего романа— это диалог культур автора ичитателя, их эпох. «Евгений Онегин» давно перестал быть достоянием только русской культуры. Все человечество находит для себя актуальные смыслы вэтом произведении, его образах.

«Евгений Онегин»— живой, непрекращающийся диалог считателем, обогащающийся все новыми смыслами.

Донецк
ЛАРИНА Елизавета Дмитриевна,
ученица 8-го класса школы №14


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России". | Сделать сайт в deeple.ru