Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№7, Июль 2017

ПОВЕСТКА ДНЯ

Владимир РАЗУВАЕВ, Владимир В. РАЗУВАЕВ
Новая притягательность

 

Несколько раз в истории Россия была крайне притягательна для других стран. Шестнадцать лет назад эта тенденция исчезла. Казалось бы, навсегда. Однако сейчас можно смело говорить о том, что процесс возобновился. Правда, с другими параметрами и с другим направлением.

Пожалуй, первый раз притягательность России за рубежом была продемонстрирована на славянских Балканах, которые в то время находились под турецкой оккупацией. Тогда поддерживаемая Санкт-Петербургом идея славянского мира была, на первый взгляд, очень эффективной. На деле всё оказалось не так, однако по инерции Россия продолжала действовать в прежнем направлении. Общий результат сказался уже в 1990-х годах, когда Москву бросили славянские союзники. Даже не бросили, а предали. Однако во второй половине XIX века Россия все-таки была очень популярна на Балканах.

Будучи евразийской державой, Россия активно действовала и в Азии. В конце XIX века там шла «большая игра» с Великобританией. В некоторых азиатских странах Россия тогда была действительно популярна, пусть и в отдельных сегментах политического общества. Среди них можно назвать Иран, Афганистан, даже Индию. Популярность объяснялась просто: азиатским политикам был нужен противовес влиянию Лондона. Другого Санкт-Петербург дать не мог.

Естественно, наивысший расцвет притягательности нашей страны за рубежом был в советский период. Существовала идея, которую можно было предложить миру. Причём привлекательная идея. И были деньги, на которые её продвигали в разных регионах мира. Что мы и делали вплоть до Африки и временами довольно успешно.

Существенные проблемы на этом направлении возникли с началом перестройки и усугубились после демонтажа СССР. Никаких приемлемых идей для мира у нас не осталось. Соседи начали постепенно отходить от России, а Запад и остальной мир — будем называть вещи своими именами — откровенно её презирать. И идейно, и геополитически. До сих пор невозможно забыть слова вице-президента США Альберта Гора: а чего, мол, считаться с этой Россией, она ничего собой не представляет.

Один из авторов этой статьи предложил в 1992 году на совещании в МИДе: пусть демократическая Россия агрессивно навязывает своим соседям принципы демократии. Идея осуществлена не была. Спустя годы, если не десятилетия, автор идеи и сам видит, что она была неудачной. Главная проблема, на наш взгляд, была не в том, что наше развитие пошло совсем другим путём, чтобы диктовать кому-то принципы, по которым жить. И не в том, что все наши соседи избрали другое направление и едва ли бы от него отказались. Думается, что основной недостаток предложения состоял в ограниченности ареала распространения этой идеи. Де Голль говорил, что Франция может быть только великой? Вот и Россия тоже может быть только великой. А это осуществить в масштабах постсоветского пространства невозможно. Во всяком случае, сейчас мы думаем именно так. В конце концов, это право любого человека: менять свою точку зрения и признаваться в ошибках.

Было в России десятилетие безыдейности. Потом ещё одно — выбора пути. А затем в стране постепенно сформировалась новая господствующая идеология — консерватизм. Очень специфическая, совершенно не похожая на соответствующие образцы западных стран. Впрочем, она и не могла бы быть на них похожей. Кардинальная специфика консерватизма состоит в том, что он каждый раз исключительно национален. Смешно сравнивать английский консерватизм с американским. Не менее смешно сравнивать их с российским.

Как бы то ни было, сейчас едва ли кто-то может возражать против того, что в настоящий момент в России именно консерватизм является господствующим идеологическим течением. Не было попыток сверху, не было и целенаправленных стараний проплатных философов хотя бы как-то начертать основные его контуры. Он просто родился. Снизу. Наверное, именно в этом его сила.

И вот как раз в этот момент Россия стала притягательной для части политических и общественных сил остального мира. В самых разных его регионах. Наверное, это не совпадение. Или не только совпадение.

Надо констатировать, что новая притягательность России в Европе ограничивается довольно узкими политическими кругами. Общественных сил тут гораздо больше. Обычно их зовут «правыми» или даже «ультраправыми». Склоняются к России просто по той причине, что в ней господствует консерватизм. Других причин мы пока не видим. Раньше всё было совершенно иначе. По политической принадлежности сторонники России на Западе принадлежали почти исключительно к левым.

Однако параллели с тем, что было, и с тем, что происходит теперь, просто напрашиваются. В обоих случаях Россия предлагала миру то, чего он был лишён. При Советском Союзе — мечту о лучшем будущем мира. Не станем называть её утопией, потому что не убеждены в правильности этого термина. В настоящее время Россия предлагает мечту о сохранении мира, который стремительно уходит под воздействием воинствующего и агрессивного либерализма. Мира, который называется консерватизм, и с которым не готовы расстаться многие члены западных обществ.

Надо сказать, что современный российский консерватизм пока ещё очень аморфен. Правда, за последнее время у него появились относительно чёткие контуры. Главное, что он, повторимся, идёт «снизу», а не навязывается властью «сверху». Здесь, скорее, власть следует за обществом, а не оно за властью.

Современный российский консерватизм предлагает миру традиционные ценности. На первом месте из них в нынешней ситуации — прежнее понимание о семье. Здесь есть парадокс: в России в последнее время крайне резко выросло число разводов и абортов. Однако сохранилось — и это главное, на наш взгляд, — традиционное отношение к семье.

Российский консерватизм также основан на политической стабильности, которая за рубежом часто называется «авторитаризмом». Однако примечательно, что не менее политически стабильную Японию в этом на Западе не упрекают. О Китае тоже предпочитают не говорить слишком много негативного.

Одной из важнейших черт современного российского консерватизма, как нам кажется, является относительная солидарность руководства всех традиционных в России конфессий. Это, вероятно, одна из самых привлекательных черт современной России за рубежом. Она означает возможность так или иначе влиять во всём мире. Очень большое значение здесь имеют отношения между православными и мусульманами, подавляющее большинство из которых в России сунниты. Террор со стороны исламских радикалов не исчез, однако он сравнительно ограничен, если вспоминать события десятилетней и тем более двадцатилетней давности. Ваххабизм оказался выбит из современной российской культуры, пусть и не окончательно.

Одно из центральных мест в российском консерватизме играет Русская православная церковь. Столетиями она придерживалась традиционной идеологии и сейчас является её стержнем. Кроме того, очень большую значимость имеют её хорошие связи с другими традиционными для России конфессиями. Вообще религиозная составляющая является крайне важной для отечественного консерватизма. Это замечание относится не только к воцерковлённым и даже верующим. Этот фактор играет роль и в отношении к консервативной идеологии со стороны всего общества, в том числе атеистов. В этом одна из особенностей России. Данное обстоятельство существенно влияет на отношение к стране за рубежом.

Отличительной чертой современного российского консерватизма является также отрицание подавляющим большинством общества некоторых западных ценностей, которые представляются ему неприемлемыми. К ним относится, например, шумная реклама ЛГБТ-сообщества, которая видится как недопустимая вседозволенность. Этой точки зрения поддерживаются все традиционные конфессии России.

Безусловно, за рубежом часть тех, кто стал вдруг хотя бы отчасти симпатизировать России, руководствуется в первую очередь тем обстоятельством, что именно наша страна в настоящее время противодействует гегемонии США в мире. Обстоятельство это преходяще. Не потому, что оно будет изменено в обозримом будущем, а потому, что этот фактор может быть неустойчивым. Вместе с тем его нельзя сбрасывать со счетов. Достаточно вспомнить, какое количество западных либералов в середине прошлого века симпатизировало СССР просто потому, что они видели в Соединённых Штатах угрозу для мира. Здесь речь идёт не только о так называемых «атомных шпионах», которые руководствовались исключительно идейными соображениями. Значительная часть интеллигентов на Западе поддерживали Советский Союз только потому, что он являлся балансом гегемонии США. Сейчас ситуация в целом похожа на предыдущую. А это означает, что притягательность России в мире может иметь потенциал. Причём существенный.

Косвенное доказательство сказанного: недавно социологическое исследование Arab Youth Survey выяснило, что среди арабской молодёжи резко возросло количество людей, считающих Россию наиболее надёжным союзником. В 2017 году так полагали 21 процент опрошенных, в то время как годом раньше их было всего 9 процентов. Примечательный рост, причём можно предположить, что его дало в основном изменение отношения суннитской молодёжи. Разумеется, здесь в первую очередь надо учитывать её отношение к фактору постоянства политики России на Ближнем Востоке. Однако здесь явно сказывается и начало отрицания того, как Запад действует в регионе. На деле очень много параллелей с истоками привлекательности России в прошлом.

И ещё о потенциале. Нам кажется, что он у России есть и среди умеренных зарубежных антиглобалистов. Сейчас это проявляется не очень чётко, однако впоследствии может стать ярко выраженным. В конце концов, наша страна имеет имидж отстаивающей свои национальные интересы, что категорически противостоит основной линии глобализма. Привлекательность державы очевидна, пусть даже сегменты этого общественного движения и не оформлены организационно. Впрочем, это соответствует одной из тенденций современной политики.

Разуваев Владимир Витальевич,
профессор Российской Академии народного хозяйства и государственной службы

Разуваев Владимир Владимирович,
обозреватель «Независимой газеты»

ПО ТЕМЕ

Полное разочарование:
почему россияне возвращаются

Около 150 тысяч россиян вернулись в нашу страну в прошлом году, и каждый пятый приехал из Евросоюза.

Соотечественники едут домой благодаря программе содействия добровольному переселению. Это касается не только тех, кто живёт в СНГ, но также и тех, кто переехал в ЕС. Из Европы в 2016 году вернулись около 30 тысяч человек.

Соотечественники из Франции, Германии и Чехии рассказывают о том, с какими трудностями столкнулись вдали от дома.

После того, как в 2014 году Запад обвинил Россию в якобы агрессивных действиях против Киева, в Европе усилились антироссийские настроения.

«Ситуация стала действительно невыносимой. Необоснованная ненависть к России послужила главным мотивом для того, чтобы после более чем 19 лет жизни в Чехии я решила вернуться домой», — рассказала вернувшаяся россиянка.

Соотечественники испытывают серьёзные проблемы с устройством на работу из-за языкового барьера. Ряд прибалтийских стран приняли закон, ограничивающий возможности русскоязычного населения. В Латвии запретили говорить на нашем языке на рабочих местах.

«В Германии я понял, что у меня гораздо меньше перспектив по трудоустройству, чем в России», — рассказал Ишхан, который вернулся в Россию, прожив 12 лет в Германии.

Как утверждают эксперты, треть россиян возвращаются домой по политическим мотивам. По прогнозам, если политическая обстановка не изменится, в этом году число желающих покинуть Европу увеличится. http://ren.tv/novosti/

Инвестиционная привлекательность России

Эта привлекательность с точки зрения иностранных инвесторов заключается в том, что в государстве качественно налажено функционирование отраслей тяжёлой промышленности: металлургии, машиностроения, химической и нефтедобывающей. Инвесторы из-за рубежа предпочитают направлять свой капитал на развитие российских предприятий, принадлежащих данным отраслям.

В России сконцентрирована большая рабочая сила, состоящая из образованных и высококвалифицированных работников. Это и есть одна из положительных характеристик деловой привлекательности государства. Россия богата природными ресурсами, что является дополнительным стимулом для вкладывания капитала зарубежными инвесторами. Кроме того, государство имеет налаженную и развитую транспортную и производственную инфраструктуру, позволяющую сокращать стоимость транспортировки ресурсов для производства и готовую продукцию к конечному потребителю.

Государство тесно взаимодействует с высокоразвитыми странами мира в сфере развития использования технологических новинок и инноваций.

Особое внимание стоит обратить на интенсивное развитие рынка онлайн-услуг, ведь большая часть населения России активно пользуется Интернетом и совершает через глобальную сеть торговые операции.

В целом Россия в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса (Doing Business) за последние шесть лет поднялась со 124-го места на 40-е. Третий год подряд в стране формируется рейтинг инвестиционной привлекательности регионов, который основывается на двух параметрах: инвестиционный потенциал и инвестиционный риск. Первый показывает, на какую долю регион претендует на общероссийском рынке, а второй отражает сложности, с которыми инвестор сталкивается на той или иной территории. Ситуация в регионах значительно различается: в одних потенциал высок и риски минимальны, в других даже при высоком потенциале риски перевешивают, и тогда инвестиции туда не идут. https://rg.ru/2017/

В Госдуме заявили об улучшении
отношения Евросоюза к России

Вице-спикер Госдумы Пётр Толстой по итогам участия российских депутатов в Парламентской ассамблее ОБСЕ заявил, что ситуация в Европе и в мире в отношении России кардинально меняется в лучшую сторону.

«Гораздо проще стало разговаривать, меньше стало клише и штампов в отношении того, что делает Россия на международной арене», — заявил Толстой. По его словам, «отходит в прошлое несколько истеричный тон коллег из Украины, Прибалтики и Польши».

В свою очередь, руководитель комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий заявил, что ПА ОБСЕ уже порядком устала от антироссийской риторики, и теперь в ОБСЕ заговорили о том, что европейскую организацию сложно себе представить без участия нашей страны.

По словам Слуцкого, к российским депутатам обращались с просьбами по поиску «путей соприкосновения» и проведению «совместных заседаний в любом формате». При этом он оговорился, что такая позитивная динамика вовсе «не означает, что перещёлкнулся волшебный тумблер из минуса в плюс. Но контакты как никогда ранее были конструктивны и с человеческим лицом», — подчеркнул он. http://www.mk.ru/politics/


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России". | Сделать сайт в deeple.ru