Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№5, Май 2018

АКТУАЛЬНО

Герман КИРИЛЕНКО
Как вернуть Дагестан?

 

Недавно в аэропорту Махачкалы я услышал разговор двух приятелей. «Откуда прилетел, Ахмед?», — спросил один. «Из России», — прозвучало в ответ. Такое в Дагестане можно услышать очень часто. Согласитесь, более чем странно, что некоторые жители Дагестана не считают его частью России.

Как изменить ситуацию в республике? Что нужно сделать, чтобы молодые дагестанцы чувствовали себя полноправными жителями нашей страны?

Сегодня, глядя на происходящее в Дагестане, следует подумать и о том, что наряду с кадровыми стоит провести кардинальные принципиальные изменения в жизни всего дагестанского общества, в его административном устройстве. Пример Татарстана хорош, но в этом случае мы имеем регион с одной титульной нацией. А Дагестан — самый многонациональный в России. Здесь проживает как минимум 36 национальностей и народностей. В недалёком прошлом первый секретарь Дагестанского обкома КПСС М.-С. Умаханов справедливо говорил: «Дагестан — это маленький Советский Союз».

Я — русский дагестанец. Дагестан — моя Родина. Здесь я родился, учился, взрослел, воспитывал своих детей. Здесь могилы моих родных и близких мне людей — и христиан, и мусульман. Здесь и сегодня живут мои друзья: русские, аварцы, даргинцы, лакцы, кумыки, лезгины, табасаранцы и многие другие. Именно поэтому все горести и радости своей республики я переживаю и разделяю со всеми своими земляками.

Чтобы найти ответы на традиционные вопросы «Кто виноват?» и «Что делать?» постараюсь последовать восточной мудрости: «Размышления над прошлым могут послужить руководством для будущего».

***

Название «Дагестан» северо-восточной части Кавказских гор дали кумыки, испокон веков проживавшие в предгорье и на прикаспийской низменности. На древнетюркском языке слово Дагестан означает «Страна гор». По существу, это страна людей, населяющих горы, а их, как мы уже говорили, здесь свыше 30 народностей со своим языком и обычаями.

Долгие годы территория Дагестана входила в состав Ирана. После победы русской армии в русско-иранской войне 1804–1813 годов по Гюлистанскому договору 1813 года территория Дагестана отошла к Российской империи. Однако самостоятельным субъектом Российского государства Дагестан был провозглашён лишь через 8 месяцев после окончания войны с имамом Шамилем.

Указом императора Александра Второго от 18 (30) июля 1860 года территория между реками Сулак и Самур в 29,7 тысячи кв. км с населением 586,6 тысячи человек была определена как «Дагестанская область».

Созданная административно-территориальная структура нового региона оптимально отражала интересы всех проживавших на её территории этносов — кумыков, русских, ногайцев, аварцев, даргинцев, лакцев, лезгин, армян, азербайджанцев, евреев и других.

Через 60 лет, к 1920 году, население области выросло почти на 150 тысяч человек и составило 736,6 тысячи (в том числе 17,6% аварцев, 13,3% даргинцев, 12,4% лезгин, 11,9% русских, 10,7% кумыков, 5,9% армян, 5,8% лакцев, 3,8% табасаранцев, 3,6% евреев).

После Октябрьской революции молодое рабоче-крестьянское правительство в борьбе с царским наследием стало менять территориальную структуру государства, названия городов и регионов, их границы. Эти изменения не обошли стороной и Дагестан. В 1921 году название «Дагестанская область» поменяли на «Дагестанскую Автономную Советскую Социалистическую Республику» (ДАССР), увеличив при этом её территорию за счёт присоединения к ней Хасавюртовского округа Терской казачьей губернии. В 1922 году столицу Дагестана переместили из города Темир-хан-Шура (Буйнакск) в город Порт-Петровск и переименовали его в Махачкалу.

Выступая на съезде народов Дагестана 20 января 1921 года, нарком по делам национальностей РСФСР И. В. Сталин сказал: «Правительство России нашло необходимым сообщить вам, что Дагестан должен быть автономным, что он будет пользоваться внутренним самоуправлением, сохраняя братскую связь с народами России. Дагестан должен управляться согласно своим особенностям, быту и обычаям».

Таким образом, становится ясно, что в те годы не народы Дагестана, на 90% неграмотные, просили дать им автономию и республиканскую форму «внутреннего самоуправления», а российское правительство «нашло необходимым» сделать это. В результате подобного решения только две титульные народности Дагестана — аварцы и даргинцы — стали управлять республикой, «согласно своим особенностям, быту и обычаям».

Такое решение, вероятно, отвечало интересам того правительства, но создавало проблемы для будущего развития страны. Это явилось очевидной ошибкой. Республиканская форма правления способна представлять интересы одной-двух народностей, но не большинства населения многонационального региона. Например, даже в Чечено-Ингушской АССР два близких народа — вайнахи — не смогли жить в одной общей республике. Чеченцы и ингуши разделились. А каково всем народностям Дагестана жить, работать и развиваться в условиях политического, административного и экономического доминирования кланового правления двух титульных наций?

В советский период нашей истории руководителям страны удавалось регулировать национальные особенности, проблемы и интересы всех народностей Дагестана, хотя территориальные границы республики в те годы менялись неоднократно.

9 января 1957 года по инициативе Н. С. Хрущёва в состав ДАССР были переданы такие территории, как город Кизляр, Кизлярский, Караногайский, Крайновский и Тарумовский районы с казачьим, кумыкским и ногайским населением бывшей Терской губернии. 8 января жители присоединённых районов легли спать в Ставропольском крае, а 9 января проснулись в Дагестане. При этом их согласия никто не спрашивал. А терские казаки, единственные из всех ранее депортированных народов, утратили последнюю возможность восстановить свою историческую область проживания в составе Ставропольского края.

В результате подобного присоединения территория бывшей Дагестанской области увеличилась почти вдвое и стала составлять в 1957 году 50,3 тысячи кв. км, а доля русского населения выросла до 22%.

***

На одной из конференций в МГУ им. М. В. Ломоносова по проблемам демографии и народонаселения я задал докладчику вопрос: «По каким критериям нарезались и менялись в СССР границы республик и областей, в частности, в Республике Дагестан?». Ответ был таким: в одних случаях — по этнографическим (национальным) признакам, в других — по политическим (ликвидация Терской казачьей области), иногда — по экономическим мотивам. Например, из необходимости расширения площади зимних отгонных пастбищ. Размышляя над вышесказанным, я пришёл к выводу, что сложившихся чётких исторических границ Дагестан как субъект Российского государства никогда не имел.

С 25 декабря 1993 года по новой Конституции Российской Федерации Дагестан стал именоваться «Республика Дагестан» (РД). В 1994 году в многонациональном Дагестане был создан Государственный Совет в качестве коллективного руководителя, в который вошли по одному представителю от 14 наиболее крупных народностей республики: аварцы, даргинцы, кумыки, лакцы, лезгины, табасараны, агулы, русские, ногайцы, рутульцы, цахуры, таты, чеченцы-акинцы и азербайджанцы.

Председателем Госсовета должен был быть представитель одной из вышеперечисленных народностей, сменяемый через два года. Первым Председателем Госсовета стал бывший Председатель Верховного Совета РД даргинец Магомедали Магомедов. Два года пролетели быстро. Ему понравилось быть у власти. Парламент республики поменял Конституцию, и М. Магомедов остался во главе Дагестана на 14 лет. Дольше него, в течение 19 лет, с 1948 года по 1967 год республикой руководил лишь аварец Абдурахман Даниялов. Сменяемость этих двух народностей в руководстве Дагестаном стала традиционной.

Происходящие в Дагестане в последние годы этнополитические процессы, резкое снижение уровня жизни населения, обострение межнациональных отношений, терроризм и высокая преступность, массовая безработица требуют серьёзных изменений как в кадровой, так и в административно-хозяйственной политике руководства республики. В настоящее время Дагестан перестал быть только «Страной гор». Сегодня это край людей, живущих преимущественно в предгорье и на территории прикаспийской низменности. Отсюда и проблемы, идущие от смены ареала расселения.

Дискриминационный по национальному признаку характер власти особенно сильно проявился в период приватизации общенародной собственности, когда представители нескольких титульных народностей разделили между собой достояние всего дагестанского народа.

Наиболее уязвимым оказалось русское население. Его численность в республике сократилась с 22% в 1957 году до 3,2% в 2016 году. Определённую роль в этом сыграл тот факт, что русские, занимавшие важнейшее место в создании и укреплении экономики Дагестана, в развитии его культуры, науки и образования, по существу, не были допущены к распределению полученных с их помощью результатов. Причём как в лихие 1990-е, так и во все последующие годы.

Предпочтение родственно-клановым отношениям, опора на представителей своей этнической группы при решении социально-экономических вопросов и, как следствие, коррупция, поразившая все сферы республиканской власти, стали представлять бóльшую угрозу, чем терроризм и экстремизм в Дагестане.

В этой связи в последние годы казачьи организации, кумыкская и ногайская общественность стали поднимать вопрос о невозможности дальнейшего пребывания в составе Республики Дагестан с абсолютно бесперспективной, стагнирующей в межклановых противоречиях псевдогосударственностью.

Последние 25 лет показали неспособность республиканской власти решать проблемы Дагестана. Речь идёт даже не об очевидном этническом и конфессиональном неравенстве. Речь идёт о самом факте существования русских, кумыков и ногайцев на своих исторических территориях.

В этой ситуации я вижу возможным и целесообразным следующее решение.

Сохраняя нынешние границы Дагестана, республиканскую форму его административного устройства возвратить к дореволюционному варианту: «Дагестанская область». Или «Дагестанский край» по типу соседнего Ставропольского. Тогда в Россию не надо будет ехать. Она сама вернётся в Дагестан вместе со своей Конституцией, которая гарантирует всем народам Российской Федерации одинаковые обязанности и права.

Над этим стоит подумать и в Дагестане, и в Москве. Может быть, пришло время многонациональному народу Дагестана высказать своё мнение по этому вопросу на референдуме, которого не было ни в 1921, ни в 1957, ни в 1993 годах.

Происходящие сегодня в Дагестане позитивные изменения в политической и экономической жизни связаны с приходом в регион Владимира Васильева, человека с большим опытом работы в МВД и в Государственной Думе. Новый глава Дагестана при широкой поддержке населения успешно разрушает ставшие традиционными клановые и коррупционные связи, которые складывались в течение долгих лет.

Однако очевидные сегодня успехи носят, на мой взгляд, оперативно-тактический характер. Для того, чтобы они получили необратимое стратегическое завершение, нужны, повторю, кроме кадровых, кардинальные изменения в административном устройстве самого многонационального региона России.

КИРИЛЕНКО Герман Васильевич,

ведущий научный сотрудник Института социально-политических исследований РАН, доктор военных наук, профессор

ПО ТЕМЕ

Сможет ли Васильев сделать

власть в Дагестане дееспособной?

Руслан Магомедов

10 февраля в Дагестан прибыл генпрокурор Юрий Чайка, который не только представил коллективу органов надзора нового прокурора Дагестана Дениса Попова, но и заслушал результаты работы спецкомиссии из 38 прокуроров, работавших в республике под руководством первого заместителя генпрокурора Ивана Сыдорука. Проведённая прокурорами проверка показала, что в Дагестане в результате сговора (по-другому это не объяснить) практически всех структур власти — как силовых, так и гражданских, как республиканских, так и федеральных — укрывались серьёзные преступления, совершались крупные хищения, а халатность отдельных структур обходилась федеральному бюджету в десятки и сотни миллионов рублей.

Если разбирать обстановку в республике с точки зрения борьбы с клановостью и усиления Васильева, то мы видим, что эти шаги в обществе приветствуются. Но борьба с коррупцией и кланами — это только один, хоть и системный, «ингредиент» проблем республики.

Первая и самая главная проблема, с которой должен разобраться Васильев, — это даже не экономика и не повышение сборов налогов, а достижение того, чтобы в Дагестане проходили хотя бы относительно честные, прозрачные и справедливые выборы.

Во многом авторитет экс-главы республики Рамазана Абдулатипова подорвало то, что он грубо вмешивался в списки кандидатов в депутаты не только Народного собрания РД, Госдумы, но даже муниципального уровня. Сносить старую — клановую, основанную на коррупции — систему, не предоставляя механизма (выборов), позволяющего честным путём прийти во власть новым, незамаранным людям — это не стратегическая победа или перелом, а только тактический ход.

Следующая задача, которая может обернуться высокими рисками для Васильева, — это вопрос кадров. С одной стороны, проблему как бы можно решить, привезя в республику «варягов». С другой стороны, а что делать потом, через полгода, год, пять лет, когда национальное самосознание, подогретое не только амбициями, но и искусственно, будет требовать обращать внимание и на местные кадры? Да, сегодня Васильев вместе с премьером Артёмом Здуновым зачищает министерства и ведомства от неэффективных харизматиков и непрофессионалов, но остаётся и Администрация Главы и Правительства РД — структура де-факто надправительственная. И в АГП ещё немало тех, с кем ассоциируется кумовство, взяточничество, принадлежность к старой, глубоко разочаровавшей общество команде.

Кадровый вопрос — это вопрос завтрашнего дня: Магомедовы, Абдулатиповы, Васильевы уходят и приходят, а Дагестан остаётся. И по итогам васильевских зачисток в органах власти должна остаться система подбора, расстановки, контроля и повышения кадров, способная быть эффективной и максимально защищённой от проявлений коррупции и клановости. Это то, что можно будет назвать дееспособностью власти, выстраиваемой новым руководителем республики.

И ещё. Васильеву, с учётом его возможностей как экс-председателя комитета Госдумы, курирующего силовой блок, необходимо помочь определиться с отношением силовиков к республике: либо Дагестан — кормушка для отдельных силовиков-чиновников, поднимающих свои должности и премиальные на спецоперациях, либо — территория, где действует закон, одинаковый для всех.

https://onkavkaz.com/articles/4699-html


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России". | Сделать сайт в deeple.ru