Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№8, Август 2018

КОНТЕКСТ

Судят за то, что русский

 

Русофобский шабаш в Латвии продолжается. 21 июня правозащитнику Александру Гапоненко, арестованному 20 апреля 2018 года, был опять продлён срок содержания под стражей ещё на два месяца.

Мы рассказывали в № 6 нашего журнала, как в Риге 20 апреля был арестован Александр Гапоненко, лидер Штаба защиты русских школ. 4 апреля против него начато уголовное дело по статье 80, части 1 уголовного кодекса Латвии. Статья серьёзная: она предусматривает ответственность за действия, направленные против суверенитета страны, её территориальной целостности, против государственной власти или государственного строя. Практически речь идёт о терроризме или заговоре с целью мятежа. Поэтому и сроки по этой статье тоже серьёзные — до восьми лет.

На суде 21 июня обвинители потребовали применить к А. Гапоненко ещё и статью 81, часть 1. В ней говорится о помощи иностранному государству или зарубежной организации в деятельности, направленной против государственного строя, независимости и безопасности Латвийской Республики. То есть 64-летний, не очень здоровый учёный, исходя из предъявляемых ему обвинений, является не только террористом, но и матёрым шпионом. А поэтому латвийские правоохранители с ним и не церемонились при аресте: избивали, перевернули вверх дном квартиру, полсуток не снимали наручники. Теперь А. Гапоненко можно осудить, сложив сроки двух статей. А найти для этого повод латвийские служители Фемиды всегда сумеют.

Они не первый раз берутся за профессора Гапоненко. Три года назад в Полицию Безопасности (аналог советского КГБ) обратились депутаты Сейма Эйнарс Цилинскис, Гайдис Берзиньш и Вейко Сполитис. Они потребовали рассмотреть публикацию Александра Гапоненко в Facebook на предмет разжигания национальной ненависти. В социальных сетях А. Гапоненко тогда разместил ссылку на свою статью «Балтия в огне: от факельных шествий неонацистов до начала большой войны». Она была опубликована российским информационным агентством Notum.info. Профессор констатировал, что в прибалтийских республиках этнократическая элита готовится к войне — по крайней мере на пропагандистском уровне.

«А ориентируется элита Балтии, — писал Александр Гапоненко, — на опыт довоенных республик, в которых в 30-е годы были установлены мягкие нацистские режимы. В годы войны правящая элита основной нации практически в полном составе перешла на службу к немцам и с большой радостью участвовала в уничтожении неполноценных этнических элементов — евреев, цыган, славян».

В Полиции Безопасности, куда поступил «сигнал» бдительных депутатов, решили, что А. Гапоненко виноват в соответствии с положениями 78-й статьи Уголовного закона. То есть занимался разжиганием национальной, этнической и расовой ненависти. За это профессору грозило лишение свободы на срок до пяти лет. Прокуратура к тому же посчитала, что Александр Гапоненко нарушил ещё Конституцию Латвии и положение Европейской конвенции о правах человека и основных свободах, которое относится к свободе слова. А также, до кучи, норму Международного пакта ООН о гражданских и публичных правах.

Удивительная, иезуитская логика! Марши латвийских эсэсовцев международные нормы не нарушают. А напоминание о том, что эти бывшие — военные преступники, оказывается, подпадает под уголовную статью.

В тот раз дело двигалось ни шатко ни валко, и суд начал рассматривать дело против профессора Гапоненко только в октябре 2017 года. Причём почти сразу же постановил перенести судебное заседание на лето следующего года. То ли у суда не хватало аргументов, то ли там посчитали, что Гапоненко надо «закрывать» по более убедительным мотивам, чем маловразумительная кляуза народных избранников. Профессора тогда под стражу не взяли и в передвижении не ограничили.

В том же октябре А. Гапоненко уехал в Крым и принял участие в заседании круглого стола зарубежных украинцев. Тогда он впервые назвал себя живущим в Латвии украинцем, причём заявил, что такие латвийские украинцы не считают себя отдельной от русских нацией. «У нас единая цивилизация, мы болезненно воспринимаем раскол Украины, радуемся присоединению Крыма к России». Добавим, что круглый стол шёл на русском, а не на украинском языке.

Эта поездка в Крым стала тяжёлой гирькой на весах кривоглазой латвийской Фемиды. Но основанием для ареста 4 апреля 2018 года, скорей всего, послужило участие Александра Гапоненко в работе Штаба защиты русских школ. Массовые выступления жителей Латвии в защиту русских школ начались ещё в марте. Так русская часть Латвии отреагировала на одобренную руководством страны образовательную реформу. Она предполагает перевод всех школ на латышский язык к 2021/2022 учебному году.

Журналист Юрий Городненко добавляет:

«Арест правозащитника произошёл в тот момент, когда информационная палата Международного уголовного суда (МУС) приняла к рассмотрению его заявление относительно дискриминации русских в Латвии. Тем самым латвийские власти проигнорировали тот факт, что обращение в суд свидетельствует о невиновности Гапоненко. Человек, готовящий радикальные акции, не будет одновременно обращаться по тому же вопросу в судебные инстанции. Хуже всего то, что обращение в суд также попало в перечень «антигосударственных действий»: правозащитник действовал с целью предупредить новые дискриминационные меры официальной Риги, в том числе запрет русских школ, а это и вменяется ему в вину».

Общественные организации Латвии и других стран выразили резкий протест против ареста Александра Гапоненко: партия «Русский союз Латвии», НКО «Русская школа Эстонии», правозащитные организации стран Балтии, российский МИД. В Риге у здания Полиции Безопасности депутат Европарламента от Латвии Мирослав Митрофанов, правозащитник Владимир Линдерман и лидер партии РСЛ Татьяна Жданок организовали митинг с требованием освободить Александра Гапоненко. Забегая вперёд, скажем, что организация митинга дорого обошлась Владимиру Линдерману — буквально через несколько дней он был арестован всё по тем же основаниям: его действия угрожали безопасности и целостности государства.

Председатель правления фонда «Русский мир», председатель Комитета по образованию и науке Государственной Думы Вячеслав Никонов выступил с заявлением для печати в связи с арестом Александра Гапоненко. В частности, он сказал: «Вопреки заявлениям Риги о верности демократическим ценностям, всему миру продемонстрированы репрессивные меры в отношении авторитетного представителя русскоязычного меньшинства, которое мирным путём отстаивает естественное право своих детей учиться на родном языке».

21 июня на судебном заседании Александр Гапоненко смог поговорить с одним из авторов доноса. Вот выдержка из репортажа Руслана Панкратова, опубликованного на портале агентства «Sputnik»:

«Об истинных причинах ареста не сообщается до сих пор. Основная версия: правительству Латвии не нравится популярность Гапоненко. Его опубликованные в Интернете статьи, книги, выступления на ТВ охватывали до полумиллиона аудитории не только стран Балтии, но и всего ЕС. Для страны, в которой насчитывается меньше двух миллионов жителей, правящей политической элите это показалось крайне опасным, особенно накануне выборов в Сейм 6 октября 2018 года.

В этот раз заседание было открытым, и на нём собрались активисты и правозащитники.

Заседание было прервано, так как на суд не явился главный свидетель — депутат Сейма, написавший в полицию донос о том, что Гапоненко, по его твёрдому убеждению, разжигает межэтническую рознь. Судья вынуждена была выйти в коридор и позвонить прогульщику. Что она ему сказала, неизвестно, но через полчаса поборник чистой расы был уже в зале суда. Держался неуверенно, был смущён, напускал на себя браваду, но получалось у него это крайне плохо. Ни на один вопрос он ответить так и не смог, в показаниях путался.

Так как никто не ознакомил обвиняемого с материалами уголовного дела до судебного заседания, ему пришлось задавать вопросы главному свидетелю напрямую.

Вы написали, что я в статье о натовских учениях разжигаю национальную рознь. Вы можете пояснить, между какими этносами? Танки не имеют национальности, это оружие убийства. Я разжигал вражду между танками и латышами, может быть, или между танками и русскими?

— Без ответа.

Зачем вы написали на меня донос?

— Это моя личная гражданская позиция».

А теперь — впечатления правозащитника Юрия Алексеева:

«Вчера я был на очередном суде над Александром Гапоненко. Невесёлое зрелище… Саша сильно похудел, осунулся, выглядит неважно. Держится, но чувствуется, ему это даётся очень нелегко… Процесс был открытый, нас, сторонников Александра, собралось человек 30. Маленькую комнатку зала судебного заседания мы забили до отказа. Два здоровенных охранника ввели Александра… Руки — за спиной в наручниках! В НАРУЧНИКАХ! 64-летнего человека они боятся? Его надо заковывать в кандалы? Они боятся, что он сбежит от двоих крепких вооружённых пистолетами и электрошокерами молодых людей? А я скажу, зачем это делается. На Александра сейчас идёт беспрецедентное психологическое давление. Им надо, чтобы Саша сломался и начал «сотрудничать со следствием». Признал то, чего он не совершал. Он нам прямо об этом сказал».

Во всех странах мира, где есть латвийские посольства, прошли протестные пикеты в защиту А. Гапоненко «Stop Apartheid in Latvia». Международная организация CIVICUS снизила рейтинг демократии Латвии, констатировав, что за последние два года проводимая государством политика по отношению к общественным организациям и активистам стала более репрессивной. Теперь рейтинг государства опущен с «открытой демократии» на «ограниченную».

Вот что пишет сам профессор Гапоненко из тюрьмы:

«Большое спасибо, что не забываете и шлёте мне обзоры публикаций правозащитного характера. Интересно было узнать, что пишут мировые СМИ о преследовании правозащитников, которые защищают право русских на сохранение своей идентичности.

Ранее я уже отмечал, что Полиция Безопасности одиннадцать часов держала меня в наручниках, не давали есть и пить, что я рассматриваю как пытки. От наручников у меня образовались гематомы на запястьях. В дополнение к этому сообщаю, что мои соседи по камере непрерывно, в течение 18 часов в сутки, включают громко два телевизора одновременно. Уговоры сделать звук потише не дают результата. От шума у меня начались галлюцинации, истощение нервной системы. Обратился к психологу — она начала учить меня вести переговоры, которые соблюли бы баланс интересов. Эти книжки я читал уже тому лет тридцать назад.

Обратился к начальнику тюрьмы с просьбой поместить меня в одиночную камеру. Он вызвал на разговор и сказал, что отдельных камер нет, и придётся мне сидеть с осуждёнными. Предложил пользоваться наушниками. Но наушники передать в тюрьму не разрешил. Разрешил передать беруши. Но это, оказывается, тоже запретный в тюрьме предмет. Так что довольствуюсь тем, что разрываю выклянченные у психолога гигиенические-косметологические салфетки и засовываю их в уши.

День или два слушать, как Филипп Киркоров поёт песни о «синих бикини» — это неприятно, но слушать его вопли два месяца подряд — это настоящая пытка. Я сразу не обратил на это обстоятельство внимания, а сейчас понял, что предположения друзей о том, что это делается по специальной методике, не лишены оснований. На фоне моего больного сердца и инсультов это может обернуться и летальным исходом.

Пишу это и думаю, а дойдёт ли письмо? Если в течение трёх-четырёх дней адвокат не подтвердит, что оно получено, то он перескажет содержание моей жалобы устно.

С почтой вообще происходит что-то странное. Я написал в частном письме Юрию Алексееву, что держусь бодро, поскольку знаю, что делаю благое дело и нахожусь под покровительством Матери Божией. Для подкрепления этого положения написал, что ещё играю в футбол. Письмо прочитал мой следователь, пожаловался министру ВД, и тот запретил мне играть в футбол. Уже месяц сижу в камере безвылазно.

Вот так изощрённо меня пытают для того, чтобы я признался в совершении каких-либо страшных преступлений. Наверное, следователь начитался воспоминаний А. Ф. Кони о деле Бейлиса, которого обвинили в России в том, что он совершил ритуальное убийство мальчика Андрюши Ющинского по еврейскому обряду, с использованием крови. Вся вина Бейлиса заключалась в том, что он был евреем, придерживался иудейского вероисповедания и жил недалеко от места совершения действительно страшного преступления против Андрюши Ющинского.

В начале века А. Кони при поддержке прогрессивной русской общественности разоблачил юдофобски настроенного следователя, и правда восторжествовала. Сможет ли латвийская, прежде всего латышская, интеллигенция противостоять новой волне юдофобии и русофобии?

Когда я читаю высказывания депутатов Сейма Александра Кирштейна и Эдвина Шноре о «хитрых евреях, которых надо лишить гражданства и выслать из Латвии», или о том, что «русские — это вши», то мне кажется, что мы погружаемся во тьму Средневековья. Ведь никто из представителей творческой интеллигенции титульной нации не возражает депутатам, молчаливо соглашается с ними.

Однако будем надеяться, что Бог не оставит Латвию и вразумит тех, кто нарушает его Заповеди.

Передавайте наилучшие пожелания нашим общим знакомым и благодарность за поддержку, которая помогает мне выжить.

Александр».

Ещё раз — слово правозащитнику журналисту Юрию Алексееву:

«То, что сейчас творится в Латвии — это не просто правовой беспредел. Кстати, беспредела-то нет, всё в рамках закона и процедуры. Просто за последние годы латвийское право потихоньку «заточили» под геноцид русского населения страны. По-европейски, толерантно, демократически, большинством голосов, под весёлые песни и пляски латышских политиков и СМИ, под одобрительные кивки европейских «комиссаров» и под добродушное кряканье латышского титульного населения.

Совсем недавно Сейм Латвии принял «судьбоносное» решение ликвидировать русские школы как класс, напрочь. Под девизом: русский, либо становись латышом (второго сорта), либо — сваливай...

Конечно, это всё началось не вчера. Изрядную часть латышского населения воспитывали в духе русофобии уже давно, три десятилетия. Им в школах-вузах вбивали молотком в голову, что во всех их неудачах, бедах, нищете и неустроенности виноваты «клятые оккупанты» — русские. И вбили навечно».

По большому счёту, профессора Гапоненко судят не за то, что он собрался торпедировать латвийскую государственность, а за то, что русский.

Теперь вопросы к российским либеральным оппозиционерам. К тем, кто регулярно съезжается в Литву посудачить о попрании прав человека в России. К тем, кто заламывает руки над судьбой Савченко, пока она сидит в России. Наконец, к тем, кто сегодня требует освободить «политических заключённых» — диверсантов, педофилов, казнокрадов и погромщиков, которые «томятся» в российских местах заключения. Господа, а почему вы молчите по поводу судилища над Александром Гапоненко? Почему промолчали, когда арестовали Владимира Линдермана? И это далеко не все жертвы латвийской демократии. Вообще, в Латвии сегодня столько заключённых по надуманным обвинениям в терроризме и шпионаже, что протестовать можно круглосуточно.

Почему молчите? Потому что все эти заключённые представляют ненавидимый вами «Русский мир»? Если так, то и вопросов больше нет. Вот оно — всё содержание вашей избирательной, как латвийская Фемида, правозащитной деятельности: даже с помощью такой, казалось бы, достойной работы, как защита прав человека, нагадить власти и обществу, которые до сих пор терпят вашу «гуманитарную миссию».

Редакция журнала «Стратегия России»


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России". | Сделать сайт в deeple.ru