Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№11, Ноябрь 2019

ДИСКУССИЯ

Владимир САБИНИН
Мир ждёт перемен

 

Продолжение. Начало в № 10, 2019

Адекватные определения являются инструментом осмысления событий и процессов социальной жизни, обеспечивающим возможность прогнозирования. Так, например, восприятие демократии как инструмента поддержания состояния социальной справедливости позволяет описывать её в координатах стандартного набора прав и свобод человека. Которые, однако, не имеют абсолютных значений, а выражаются через величины их соотношений с аналогичными правами и свободами общества и государства, воспринимаемые населением как социально справедливые. А это значит, что демократия есть всего лишь отсутствие социальной напряжённости. И равноценные по уровню демократичности состояния могут быть построены множеством комбинаций прав и свобод. Впрочем, как и любое иное социальное равновесие. Догматическое навязывание конкретного набора параметров демократического устройства социума без учёта исторической и этнической специфики — отрицание закона неравномерности развития, подавление национальной идентичности, попытка ликвидации этноса как субъекта интересов и оружие конкурентной борьбы. А в современном мироустройстве это основное оружие гибридной войны.

В свою очередь, восприятие культуры как одного из инструментов формирования производительности труда показывает, что так называемое «чистое искусство» можно рассматривать как аналог фундаментальной науки, то есть поиск новых форм и инструментов эмоционального воздействия. Но при условии, что оно не становится самоцелью и предполагает рост КПД эмоционального воздействия на значительную долю населения. При таком восприятии культуры цензура и механизм финансирования со стороны государства становятся общепринятыми инструментами поддержания равновесия в сфере убеждения по схеме «кнута и пряника», а функции государства по их организации автоматически трансформируются в стандартные обязанности. Неисполнение обязанностей государства в области цензурирования искусства неизбежно ведёт к распространению наиболее дешёвых способов воздействия, построенных на сексуальных и рекламных мотивах, не имеющих отношения к проблеме упорядочивания взаимодействия человека, общества и государства методами убеждения.

§ 3. Америка, Россия, коммунизм. Действие тенденции глобализации на фоне системного кризиса капитализма конкретизирует цель создания новой социально-экономической формации. Её состав и содержание должны устранить дефекты сложившегося мироустройства, проявление которых стало угрозой для человеческой популяции. Для выявления особенностей структуры будущей формации будем считать, что общий вектор развития цивилизации всегда ориентирован на создание наиболее эффективной, соответствующей достигнутому уровню технологического развития, системы социальных отношений. Такой, где в режиме социальной справедливости оптимально сбалансированы права и интересы человека, общества и государства, где созданы механизмы поддержания социального равновесия на всех значимых направлениях социодинамики, обеспечена максимальная мотивация и производительность общественного труда, гарантировано бесконечное существование популяции и наивысшее достижимое качество жизни. Определим эту идеальную конструкцию в привычной терминологии и назовём её «коммунизм». То есть коммунизм будем рассматривать, как некий теоретический идеал, вроде идеального газа или идеального кристалла в физике. При таком восприятии параметры коммунизма будут отличны от тех, которыми его снабдили отцы-основатели К. Маркс и Ф. Энгельс, а также советские обществоведы.

В то же время в качестве аргументов мирового социального движения иногда выступают обстоятельства, не вписывающиеся в теоретические выкладки. К таковым, по нашему мнению, следует отнести историческое противостояние России и Америки. Старт этому процессу был дан созданием капитализма, а специфику в этот процесс внесла революция 1917 года в России. Цивилизационное содержание той революции включало поиск и экспериментальную отработку важнейшего, с точки зрения эффективности социальной организации, показателя — соотношения прав человека, общества и государства. Относительно этого показателя в то время не было никакой ясности.

Оптимизация осуществлялась путём конкурентного противостояния систем, исповедовавших противоположные взгляды на это соотношение в форме коллективизма и индивидуализма — советского социализма и американского капитализма. При этом цивилизационные различия были заложены намного раньше. В их основе — большое количество этносов. Такие социумы встречаются в мировой практике, особенно в Африке. В Северной Америке, во времена Великого переселения сформировался беспримерный этнический конгломерат. Одним из вариантов созидательного решения в той ситуации был полный отказ от сохранения любых признаков национальной или конфессиональной идентичности. Иллюстрацией принятия именно такой схемы развития является внешний вид внутренних административных границ в США, проведённых «по линейке». Всё получилось так, как было задумано, но при этом единственным пострадавшим оказалось местное население — индейцы. Для них отказ следовать общей тенденции был равносилен приговору на физическое уничтожение. Приговор был частично приведён в исполнение, но это была плата за последующее благополучие всех вновь прибывших и страны в целом.

В России исторически сложилась прямо противоположная схема развития — полное сохранение и поддержание всех национальных особенностей. Что подтверждает внешний вид административных границ, проведённых по сложившимся территориям расселения. Разнообразие характеристик различных этносов усложняет создание равновесного механизма государственного управления, который, в дополнение к стандартным функциональным обязанностям, должен обеспечивать ещё и поддержание этнического и конфессионального равновесия. Одним из возможных способов решения является передача дополнительных прав и обязанностей лидеру. В этом смысл завышенной роли Личности в истории России, который сохраняется до наших дней.

Тенденции глобализации направлены на постепенное устранение национальных различий, хотя и не предполагают осознанной ликвидации этнического разнообразия. Примером в этом вопросе является национальная политика СССР, где не просто жёстко — жестоко карались любые проявления национализма. Проблемы на этом пути были и тогда, и тем более ценным является тот опыт. Конечно, в мире есть множество стран с похожими проблемами, однако именно в России и США реализованы крайние и противоположные схемы жизнеустройства, что предопределило их цивилизационное противостояние.

Различными оказались и механизмы государственного управления: права, обязанности и ответственность государства в США и СССР существенно различались. Анализ этих отличий, их сопоставление с современным устройством, например, Европейского союза, дают дополнительные аргументы для оптимизации структуры управления в будущем глобальном обществе. Но в дополнение к этому у русских и американцев есть ещё одно различие. И те, и другие воспринимают себя в режиме миссионерской роли, но американцы строят свою миссию на основе исключительности прав, а граждане России — на основе исключительности обязанностей. В этом глубинная суть их противостояния.

У каждой из систем, построенных в СССР и США, были свои достоинства и свои недостатки, но проиграл советский социализм, и поэтому будущая структура — посткапитализм. Если бы потерпел поражение капитализм, то последующим этапом стратегии цивилизации был бы постсоветский социализм, с минимальными отличиями от посткапитализма. Мнение автора заключается в том, что катастрофа распада СССР произошла не потому, что он был настолько менее эффективен, а по внесистемным причинам, в основе которых — отсутствие адекватной теории прогресса цивилизации. А ещё — неоправданная абсолютизация коммунистической идеологии, которая, вместо того чтобы быть просто инструментом, стала самоцелью. В такой интерпретации борьба идеологий ориентирована не на свою победу, а на уничтожение противника. Как следствие — ошибочность некоторых стратегических решений, в основе которой лежало отрицание возможности использования любых достоинств капитализма вроде предпринимательской инициативы. А режим завышенной роли личности в процессе управления государством может привести как к положительным, так и отрицательным стратегическим результатам. Это подтверждает история СССР во время и после Великой Отечественной войны, и особенно в период перестройки.

Дополнительным источником проблем советского социализма можно считать тот факт, что к его строительству в 1917 году страна приступила преждевременно, когда цивилизационные условия для этого ещё не сложились. То есть производительность общественного труда ещё не обеспечивала возможность достижения равновесия между сложившейся производственной и требуемой социальной инфраструктурой. Это привело к расходованию дополнительных сил и средств, к сверхнормативному перенапряжению в процессе его построения, что не позволило реализовать все его преимущества. То есть социально-экономические системы СССР и США изначально оказались в неравных конкурентных условиях. В результате в СССР был построен не просто социализм, а «советский социализм» с комплексом специфических особенностей (см. рисунок).

Несмотря ни на что, СССР продемонстрировал выдающиеся примеры темпов социально-экономического развития, подтверждающие высокие возможности социализма. Хотя, по упомянутым причинам, иногда по непомерно высокой цене. Оптимальным результатом конкуренции СССР и США для цивилизации была бы «ничья» с плавным переходом к системе, в которой аккумулированы достоинства обеих систем и устранены их недостатки. Но случилось так, как случилось, и мы должны исходить из реалий сегодняшнего дня. А эти реалии таковы: мы находимся в состоянии третьей мировой гибридной войны, где шансы России на победу, как, впрочем, и любой иной страны, становятся реальными только при условии глубокой теоретической подготовки.

Часть II . Стратегическая социальная инициатива.

В сегодняшнем мироустройстве получило распространение противостояние между государствами, высокая напряжённость которого соответствует понятию гибридной войны. Суть этого понятия — в использовании всех дозволенных и «полудозволенных» методов агрессии, за исключением открытого военного противостояния. В общем, перефразируя М. А. Булгакова, это война «в головах». Популярны экономические санкции — методология межгосударственных отношений, в которой политика определяет экономику. Когда-то такое считалось естественным для отношения советского социализма к капитализму и называлось «политэкономия социализма». Сегодня мы наблюдаем политэкономию как системное явление внутри капитализма. Что свидетельствует о том, что это уже не капитализм. Гибридная война есть ещё одно из длинного перечня свидетельств деградации капитализма — несоответствия действующей системы социальных отношений сложившейся ситуации. Проявление дефектов этого несоответствия начинает угрожать существованию популяции.

Что это за дефекты, что надо менять, в какую сторону, и до какой степени, какие механизмы могут быть при этом использованы — часть ответов на эти вопросы ищем в последующем изложении.

§ 1. Человек и Природа. Перечень условий существования жизни обязательно включает характеристики бесконечного существования популяции. Сегодня это условие не выполняется по комплексу оснований. Кроме военной, есть угроза вымирания по причине утраты генофонда, к которой примыкает угроза катастрофического изменения среды обитания из-за бесконтрольного режима изъятия ресурсов планеты. С этого и начнём.

На основе статистических анализов Всемирного банка с учётом ряда допущений нам удалось рассчитать отношение суммарных расходов на оплату труда и оплату ресурсов за период развития и процветания капитализма. Оказалось что это отношение примерно равно 2,5:1,0 (Сабинин В. Е., Ковалёв С. Г. Глобализация как этап экономической цивилизации. СПб.: Изд. СПбГЭУ, 2013). Конечно, это не соотношение расхода труда и ресурсов. Тем более что у них просто нет интегральной меры. Это соотношение их денежных эквивалентов, которые, с точки зрения развития цивилизации, определяются внесистемными, то есть случайными относительно этой системы причинами. Поэтому нет смысла обсуждать погрешность расчёта этого соотношения или его абсолютную величину. Хотя она и является одной из численных характеристик системы, но особой смысловой нагрузки, вне конкретных, породивших её параметров и методик расчёта, эта величина не несёт. Важен результат, а он заключается в том, что в этой системе социальных отношений именно этой величине соотношения соответствует истощительный режим изъятия ресурсов из природы. То есть действующая система настроена так, что если нужного объёма продуктов жизнеобеспечения можно добиться или за счёт глубины обработки и роста количества труда, или роста расходов ресурсов и сокращения расхода труда, то более выгодным, а значит, и более вероятным, всегда окажется второй вариант.

Истощительный режим природопользования есть одно из системных условий успехов капитализма, но одновременно и первоисточник экологических проблем. Уточним, что это признак любой системы, в которой не предусмотрен специальный механизм управления этим режимом. Но интенсивность расходования ресурсов до настоящего времени никогда не угрожала глобальному равновесию, и надобности в таких механизмах не было. А режим природопользования складывался в соответствии с законом биологического развития, сформулированным русским учёным Р. С. Бауэром: «Все и только живые системы реализуют направленный структурированный процесс, вектор которого всегда ориентирован на увеличение изъятия ресурсов из природы» ( Бауэр Р. С. Теоретическая биология. М.-Л.: ВИЭМ, 1935). Смысл этого тезиса в том, что пока ресурсы жизнеобеспечения доступны, численность популяции растёт до наступления равновесия.

Этот самопроизвольный внутренний регулятор ещё никогда не был задействован применительно к популяции человека, за исключением локальных ситуаций, хотя постоянно работает в дикой природе. Поэтому признаков поиска и обоснования другой системы для замены существующей в обществоведении нет. Причина в том, что цивилизация умеет с помощью труда увеличивать потребительское качество ресурсов природы на неопределённую величину. А это значит, что положение равновесия между доступностью продуктов жизнеобеспечения и численностью популяции не имеет явных критериев, и необходимость использования регулятора пока что не проявлялась. В результате цивилизация перешла состояние равновесия, не заметив этого. Причём дефицит проявился не в сфере количества пищи или иных продуктов жизнеобеспечения, а в области качества среды обитания. Так, например, интенсивность загрязнения мирового океана, атмосферы, лесов, почвы и других возобновляемых объектов среды обитания в 2019 году такова, что возможности их годовой самопроизвольной регенерации были исчерпаны 29 июля. В оставшийся до 31 декабря период цивилизация будет работать на истощение природы. То есть сброшенные отходы будут накапливаться в среде обитания, изменяя её качество. И с каждым годом этот срок наступает всё раньше.

Есть основания полагать, что система, которая должна инвертировать сложившуюся тенденцию, возвратить режим природопользования в состояние равновесия, не может соответствовать общей концепции капитализма, построенной на стихийной, внешне нерегулируемой рыночной экономике. То, что требуется, не может управляться своими внутренними законами, быть неуправляемым извне и свободным. Придётся менять капитализм на другую систему, которая в состоянии обеспечить планирование и реализацию необходимых изменений вопреки самопроизвольным проявлениям. Но это будет уже не капитализм.

Теоретически независимое планирование расхода труда и ресурсов возможно путём создания двух работающих параллельно рынков: рынка ресурсов природы и рынка труда. Так, чтобы каждый из этих рынков работал с собственной финансовой системой и регулировал состояние своей сферы ответственности. Тогда Рынок ресурсов природы есть способ внешнего управления равновесием в природе путём продажи прав изъятия этих ресурсов с использованием «экологической» валюты». При этом продавец — в данном случае государство — заинтересован в рациональном расходовании источника своего материального благосостояния, что стимулирует рациональное, то есть осмысленное, отношение к природе. Рынок труда может быть свободным, а вот рынок ресурсов природы обязан быть управляемым. Хотя бы потому, что кроме возобновляемых, есть ещё и невозобновляемые ресурсы природы. При наличии двух рынков нужного соотношения расходов труда и ресурсов можно добиваться выбором курса взаимного конвертирования валют, являющихся мерой на их рынках и уровнем цен. Это базовое для цивилизации решение, однако для его реализации потребуется глобальная администрация. Чего, если быть реалистами, можно ожидать не скоро.

Отметим, что у человеческого сообщества уже есть опыт одновременного использования двух типов денег, накопленный в СССР. Одни деньги там использовались для планирования промышленного производства, другие — как фонд оплаты труда. Перемещение денег из одной сферы в другую жёстко регулировалось государством, что давало ему дополнительные инструменты управления социальным равновесием. Теперь этот опыт востребован. Как и многие другие компетенции, накопленные в то время.

Получается, что идеальная социальная организация — это ещё и технологическое понятие, в котором технологическая инфраструктура обеспечивает возможность достижения режима неистощительного природопользования, а социальная инфраструктура настроена на максимум мотивации именно к такому развитию событий. То есть в перечень обязательных для идеального общественного устройства входят такие показатели, как «равновесная» глубина обработки ресурсов, степень повторного и многократного использования отходов, состояние науки, квалификации и общей образованности общества. А именно, всё то, что необходимо для перехода на энерго- и ресурсосберегающие технологии, включая производственный потенциал общества в виде уровня мотивации, запасов его физического и духовного здоровья и т. д. Всё это в форме комплекса механизмов, обеспечивающих взаимосогласованный уровень показателей технологической и социальной инфраструктуры.

Поиск механизма управления режимом природопользования приводит к необходимости повышения глубины обработки и сокращения количества отходов за счёт роста информационной ёмкости технологий. Это значит, что в приросте потребительского качества возрастает вклад труда предыдущих поколений, аккумулированный в информации. Функции действующего штата работников видоизменяются, что позволяет искать способы манипуляции величиной фонда заработной платы. При этом повышения жизненного уровня можно добиваться ростом производительности труда. Получение информации, способствующей росту глубины обработки и производительности труда, — то есть наука, — должно стать более прибыльным, чем само производство. Именно в этом внутренний, социальный смысл того, что называют « информационным обществом». Компьютеризация и роботизация есть лишь возможные варианты его технологического оформления. Следующая технологическая революция в своей основе содержит ресурсосбережение. Это — один из признаков посткапитализма.

До тех пор, пока для оценки и труда, и ресурсов, хотя и неправомерно, используются одни и те же деньги, в качестве переходного варианта можно использовать предложенный нами механизм «альтернативной экономики»: «одновременное и взаимосогласованное повышение цен на ресурсы природы и снижение ставок налогообложения в процессе наполнения государственного бюджета» (Сабинин В. Е., Трофимов В. В., Шестопалова О. Е. Налогообложение и охрана природы // Республиканский семинар «Методы регулирования финансовых отношений в условиях перехода к рынку». 2–3 июня 1994 г. Тезисы доклада. Новополоцк, 1994). Специфика этой концепции исследована нами в многочисленных публикациях, где показана возможность, целесообразность и готовность её к безотлагательному использованию. Её внутреннее содержание есть законодательно поддерживаемый рост мобильности в процессе перераспределения статей доходов и расходов государственного бюджета. И ничего более. В приведённом варианте концепции речь идёт об экологически ориентированной стратегии социально-экономического развития, хотя сам по себе принцип может быть использован в любой сфере деятельности, учитываемой в государственном бюджете. Например, повышение стоимости аренды земли и снижение налога на прибыль в стройиндустрии привело к росту этажности жилых строений в Сингапуре. И это был именно тот результат, которого добивались авторы. Когда цель была достигнута, схему отменили.

При использовании концепции альтернативной экономики в интересах поддержания качества среды обитания принципиальным становится вопрос интегральной меры этого качества, без которой учёт и регулирование торговли ресурсами невозможны. Применительно к площади поверхности Земли и её недрам, флоре, фауне, системе естественных энергетических полей (например, выделения полосы спектра частот для телевещания, связи и т. д.), способы измерения и ценообразования отработаны. А вот меры антропогенного воздействия на состояние атмосферы и мирового океана пока что нет. В 1997 году мы предложили в качестве такой меры объёмы воздуха и воды, выводимые из системы жизнеобеспечения за счёт разбавления массы сбрасываемых в среду обитания токсичных отходов до концентраций предельно допустимых (ПДК) для человека (Сабинин В. Е., Трофимов В. В., Трофимова Л. А. Региональные аспекты управления природопользованием // Уч. записки экономического факультета Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов. Вып. 4, 1997). Массы этих отходов mi всегда известны из данных материального баланса технологического регламента. Тогда суммарные объёмы воздуха или воды vi, которые необходимо затратить на разбавление каждого из них до уровня ПДКi могут быть рассчитаны по формуле:

Σ mi т / ПДКi т·км -3 = Σ vi км3,

где ПДКi т·км-3 есть справочные значения предельно допустимой концентрации, известные практически для всех веществ. То есть мерой воздействия на окружающую среду становятся суммарные объёмы воздуха и воды, которые надо было бы затратить на разбавление всех отходов в момент сброса до концентраций, при которых человек уже может дышать этим воздухом и пить эту воду. Этот способ расчёта всегда доступен, пригоден и для коммерческих действий, и для определения налогооблагаемой базы.

В качестве примера использования экологически ориентированной концепции альтернативной экономики рассмотрим ситуацию в городе N, центре нефтехимии и нефтепереработки (Сабинин В. Е., Трофимов В. В. Отчёт ГБ № 0394 «Проработка концепции «экополиса» как механизма формирования рынка сбыта наукоёмкой продукции ВУЗов». Полоцкий Госуниверситет, 1994). Для всех предприятий города определены массы сбросов токсичных отходов и суммарные объёмы воздуха и воды, которые необходимо затратить для их разбавления до уровня ПДК. В качестве иллюстрации выбраны данные для двух (из нескольких десятков) предприятий — наиболее активных загрязнителей.

Таблица 1. Массы некоторых (из примерно 200 регистрируемых) токсичных отходов производства, сбрасываемых в атмосферу нефтеперегонным заводом m 1(1) и работающей на мазуте теплоэлектростанцией m1 (2), объём чистого воздуха V1, который необходим для их разбавления до значений ПДК.

Вещества

m1(1) т/год

m1(2) т/год

ПДК кг/км3

V1км3/год

серы двуокись

11 000

42 500

50

1 070 000

углеводороды

50 000

-

1 000

50 000

окислы азота

1 100

6 200

85

86 000

Σ масс отходов

62 100

48 700

-

-

Σ расхода воздуха

283 000

923 000

-

1 206 000

Таблица 2. Массы некоторых отходов производства, сбрасываемых в воду нефтеперегонным заводом m2(1) и теплоэлектростанцией m 2(2), объём чистой воды V2, который необходим для их разбавления до значений ПДК.

Вещества

m2(1) т/год

m2(2) т/год

ПДК т/км3

V2км3/год

хлориды, сух. остаток

550

500

350

3

сульфаты, сух. остаток

1200

1000

500

4‚4

нефтепродукты

8

-

0,3

26‚7

Σ масс отходов

1760

1500

-

-

Σ расход воды

30,7

3,4

-

34‚1

Получается, что нефтеперегонный завод выводит из системы жизнеобеспечения человека 283 000 км3/год воздуха и 30,7 км3/год воды. Соответственно, теплоэлектростанция — 923 000 и 3,4 км3/год. Если бы природа не утилизировала эти отходы, то через год объём воздуха, в котором их концентрация равна ПДК, мог бы покрыть всю поверхность планеты слоем в 2 метра.

Налоги, выплаченные этими двумя предприятиями в бюджет, за тот год составили 71 и 18 млрд рублей. Медицинская статистика отметила рост заболеваний дыхательной системы и желудочно-кишечного тракта у местного населения примерно в соотношении 7:1. Возьмём за основу эти цифры, учитывая, что медицина связывает прирост болезней дыхательной системы с качеством воздуха, а желудочно-кишечного тракта — с качеством воды. Предусмотрим полную замену налогов на плату за воздух и воду. Получается, что из общей суммы налогов, составляющей 89 млрд руб., 11 млрд руб. надо будет заплатить за расход воды и в 7 раз больше, 78 млрд, за расход воздуха. В этой схеме расходование 1 км3 воды, использованной для разбавления токсичных отходов, каждому из этих предприятий будет стоить примерно 320 млн руб., а 1 км3 воздуха — 65 000 руб. Если такое решение будет принято, оно станет обязательным и для всех остальных пользователей в этом регионе. Оплачивать сброс отходов придётся независимо от того, превышены при этом нормы ПДК или нет. Если такое превышение всё же будет иметь место, в дело вступят действующие независимо природоохранные системы.

В схеме альтернативной экономики, ориентированной на ресурсосбережение, у предприятий появляется стимул — путём организационных и технологических решений найти способы минимизации выбросов в воздух и воду и тем самым уменьшить выплаты в бюджет. Финансовые условия чётко привязаны к технологии, и для избранных решений может быть выполнено технико-экономическое обоснование. Конечно, в подобные расчёты должны входить и все остальные природные ресурсы, расходуемые предприятиями. В том числе земля и её недра, флора, фауна. Но по усмотрению региональной администрации, которая учитывает местную специфику. В целом эта концепция вписывается в идеологию особой экономической зоны или, — в РФ, — в идеологию территории опережающего развития. В рамках этой концепции за сохранение среды обитания формально платит государство. Однако более глубокий анализ показывает, что этот путь в итоге приводит к прогрессу социально-экономического развития, что выгодно всем — человеку, обществу, государству. Принципиальное отличие альтернативной экономики заключается в том, что она предлагает предприятию возможность. Но не является обязанностью.

Распространение концепции альтернативной экономики как переходного периода от капитализма к посткапитализму входит в содержание показателей глобализации. В том смысле, что мировой океан и атмосфера границ не имеют и по определению являются «глобальными» резервуарами. Надо понимать, что есть страны, богатые ресурсами, а есть такие, где ископаемых практически нет. В системе, где именно ресурсы природы являются источником финансовой независимости, государства окажутся в неравных условиях. Но всё не так плохо, поскольку основными ресурсами уже сейчас становятся воздух и вода. Воздух, вода и территория есть у всех. И это те параметры среды обитания, которые делают судьбу всех обитателей планеты общей. Это ещё один канал глобализации интересов.

В свою очередь, источником материальной независимости глобальной администрации должно стать право собственности на атмосферу и околоземное космическое пространство, мировой океан и его дно вне пределов территорий, на которые распространяются права суверенной собственности, установленные для ныне существующих государств. Отказ от концепции «ничейных» участков атмосферы, мирового океана и его дна, является обязательным условием для рационализации природопользования. И чем скорее, тем лучше. Это надо было сделать ещё вчера. Тогда гигантские мусорные «острова» в океанах, озоновые дыры и атмосфера по крайней мере обретут хозяина, который станет заботиться о чистоте окружающей среды как об источнике своего материального благосостояния.

И это не единственные объекты, которые требуют глобального регулирования. К ним относятся так называемые парниковые газы, в том числе углекислый газ. Он не имеет ПДК, поскольку, пока в воздухе достаточно кислорода, для человека безвреден. А для цивилизации? По-видимому, следует установить и для него некий эквивалент «цивилизационной» ПДК, что позволит формализовать участие всех пользователей в единой системе координат для «производителей» всех парниковых газов. И льготы для тех, кто обеспечивает компенсацию негативного воздействия, например, путём высадки лесонасаждений или как-то иначе. Осмысление концепции альтернативной экономики приводит к выводу о том, что из-за отсутствия такой общемировой системы природоохранные движения иногда работают в ложном направлении. А их авторитет падает вместе с доверием к активистам, работающим по схеме запретов.

В последнее время центр тяжести подобных действий переместился в наиболее внушаемую, молодёжную среду. Она требует от тех, кто сегодня принимает решения, обеспечить их безопасное будущее. Молодёжь можно понять — угрожающие и потенциально необратимые тенденции, такие как рост концентрации парниковых газов в атмосфере и средней температуры планеты, таяние ледников и повышение уровня мирового океана, грозящее затоплением прибрежных территорий и другими катаклизмами, резкие климатические изменения стали повседневной реальностью.

Активисты требуют от власти действий, и они правы. Но тут возникает дилемма. Дело в том, что наблюдаемый подъём средней температуры пока что не выходит за пределы известных специалистам естественных колебаний, свойственных планете. А организаторы кампании не афишируют принципиально важный показатель — долю антропогенного вклада в естественные процессы изменения средней температуры. Если, например, эта доля составляет 80%, то всё правильно, надо бороться с действующей системой получения энергии за счёт сжигания органического топлива, и это может дать нужный результат. Но если эта доля 20% (что, по мнению автора, ближе к истине), то действия популяции в части заботы о будущих поколениях бессмысленны. Нам не надо акцентировать свои усилия, тратить деньги на борьбу с процессами, которыми мы не управляем, а расходовать их на подготовку к нейтрализации неизбежных последствий. Например, к переселению на более возвышенные над уровнем моря территории. Но делать всё по расчёту: или перестраивать энергетику, или готовиться к переселению. Пока же все действия в этом направлении являются эмоциональными, имеют признаки конкурентной борьбы и очень напоминают ситуацию с «озоновыми дырами».

Надо ли бороться за чистоту атмосферы? Безусловно, да! Только знамя этой борьбы должно быть другим. Главным объектом общественного внимания должно стать качество воздуха (и воды) в той степени, в которой они определяют здоровье населения, особенно в крупных мегаполисах. И здесь наиболее удобным решением опять является концепция альтернативной экономики. Основными загрязнителями остаются промышленные предприятия и автотранспорт. Предприятия мы рассмотрели, а что касается автотранспорта, то для него выход токсичных продуктов сгорания автомобильного топлива, расход чистого воздуха на их разбавление может быть точно рассчитан для любого типа топлива и марки двигателя. Цена на чистый воздух и расходы на оплату его расходования могут быть включены в стоимость топлива, при этом действующие налоги на транспортные средства могут быть уменьшены. Так, например, сразу уменьшится стоимость эксплуатации двигателей на сжиженном газе, что создаст постоянную и количественно измеряемую мотивацию для перехода с жидкого топлива на газообразное. Отсутствие каких-либо системных действий в этом очевидном направлении доказывает человеку, который понимает суть дела, что все призывы активистов — снова просто завуалированная конкурентная борьба.

В работе С. Г. Ковалёва и В. Е. Сабинина «Пространство выбора стратегий энергетической безопасности в условиях глобализации социальных отношений» (ж-л «Энергетическая политика»‚ М., 2008‚ № 3) был рассмотрен вариант использования экологически ориентированной концепции альтернативной экономики применительно к глобальной энергетике вообще. Было показано, что если стоимость барреля нефти составит ~ $ 350, то стоимость электроэнергии, полученной от сжигания органического топлива и от солнечных элементов в ценах того времени сравняется. И это будет ситуация, которая коренным образом изменит всю систему отношений человека и природы в пользу природы.

Конечно, сегодня установить такую цену за нефть — значит взорвать мировую экономику. Однако ценность альтернативной экономики в том, что она не предлагает решение, она создает тенденцию для эволюции в нужном направлении, предлагая для этого множество вариантов решения. Например, если сравнить теплотворную способность нефти и газа, то путь от ~ $ 600 за 1000 м3 газа к ценовому равновесию с солнечной энергетикой окажется заметно короче. Естественно, такая мобильность рынка не слишком удобна для бизнеса. Но есть смысл оценить альтернативы, которые зачастую ведут просто к экономическим кризисам, теперь уже глобальным, которые губительны и для бизнеса, и для государства, и для рядовых граждан.

Окончание следует

Сосновый Бор, Ленинградская область

САБИНИН Владимир Евгеньевич,

старший научный сотрудник НИИ оптико-электронного приборостроения


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России". | Сделать сайт в deeple.ru