Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№12, Декабрь 2019

ДО ВОСТРЕБОВАНИЯ

Ударная сила Ставки

 

Дивизии, а затем и корпуса бомбардировщиков Авиации дальнего действия — ударная сила Ставки Верховного Главнокомандования. Они применялись в интересах стратегически важных фронтов. Если весной 1942 года под командованием Голованова было около 350 бомбардировщиков, то к исходу войны АДД превратилась в воздушную армаду — более 2000 самолётов. Каждая третья авиабомба, сброшенная на врага в годы войны, отправлена к цели экипажами дальних бомбардировщиков. Их действия отличали точность и мастерство. Не случайно после возвращения из Сталинграда А. Е. Голованов 23 января 1943 года был награждён орденом Суворова 1-й степени за номером 9.

СУДЬБА МАРШАЛА

Многим памятны страницы романа «Живые и мёртвые» Константина Симонова, где передан весь ужас одного из первых дней войны. У западной советской границы, в Белоруссии, на глазах военного корреспондента и его попутчиков «мессершмитты» сбивают один за другим восемь наших тяжёлых бомбардировщиков. Они летели днём, без прикрытия… Истребители ВВС Западного особого военного округа в большинстве своём были уничтожены 22 июня внезапными немецкими налётами. Командующий ВВС округа генерал И. И. Копец от отчаяния застрелился.

К. М. Симонов назвал увиденное им в тот день «сплавом героического и трагического». В дневнике «Разные дни войны» он писал:

«30 июня 1941 года, самоотверженно выполняя приказ командования и нанося удар за ударом по немецким переправам у Бобруйска, полк, летавший в бой во главе со своим командиром Головановым, потерял 11 машин».

В своих мемуарах Главный маршал авиации А. Е. Голованов, приводя примеры героизма лётчиков в те дни, скромно умалчивает о том, что лично водил в бой группы своего 212-го Отдельного дальнебомбардировочного полка. Его экипажи погибали, но делали всё, чтобы хотя бы замедлить стремительное продвижение на московском направлении танковых колонн Гудериана. В небе свирепствовали асы лучшей германской истребительной эскадры Вернера Мёльдерса. Это было самое пекло катастрофы Западного фронта. Самообладание и талант командира выделяют Голованова. Война сразу показала, кто есть кто. И. В. Сталин всё более пристально наблюдает за деятельностью 37-летнего пилота, предложения которого по созданию современной дальнебомбардировочной авиации он поддержал, получив на своё имя в январе 1941-го лаконичное письмо. Вскоре Голованов становится командиром дивизии, выведенной из подчинения главкома ВВС и выполняющей в битве за Москву приказы Верховного Главнокомандующего.

Встреча со Сталиным меняет судьбу лётчика кардинальным образом. Александр Евгеньевич в конце жизни как-то в дружеском разговоре назвал её синусоидой, резким жестом руки очертив крутые взлёты и пике. За три с половиной года — единственный случай! — Голованов поднимается в званиях от подполковника до Главного маршала авиации (август 1944-го). С марта 1942 года он — командующий Авиацией дальнего действия (АДД). Дивизии, а затем и корпуса бомбардировщиков АДД, — ударная сила Ставки Верховного Главнокомандования. Они применялись в интересах стратегически важных фронтов. Если весной 1942 года под командованием Голованова было около 350 бомбардировщиков, то к исходу войны АДД превратилась в воздушную армаду — более 2000 самолётов. Каждая третья авиабомба, сброшенная на врага в годы войны, отправлена к цели экипажами дальних бомбардировщиков. Их действия отличали точность и мастерство. Не случайно после возвращения из Сталинграда А. Е. Голованов 23 января 1943 года был награждён орденом Суворова 1-й степени за номером 9. Высокая оценка АДД и её командующего даётся и в трофейных документах немецкой разведки, где признаётся: русские в АДД умели воевать. О Голованове аналитики люфтваффе писали:

«Значительно то, что никто из пленных лётчиков не мог сказать про него ничего отрицательного, что совершенно противоположно по отношению ко многим другим генералам ВВС СССР. АДД особенно обязана личности Голованова тем, что она к сегодняшнему дню является предпочтительным видом авиации СССР, имеет больший авторитет, чем другие виды авиации, и стала любимицей русского народа. Необычайно большое количество гвардейских соединений в АДД — высшее выражение этого».

Как вспоминал ветеран АДД генерал-лейтенант авиации С. Я. Фёдоров:

«Мы были ударной силой и находились на особом положении. Но главное — когда мы садились на аэродромы фронтовой авиации, они видели, какая у нас спайка и дружба в экипажах, какой у нас коллектив. Мы — головановцы! Будут идти годы, но такие люди, как он, не могут быть забыты, о них всегда будут вспоминать в трудный для Отечества час».

В своих мемуарах А. Е. Голованов рассказывает, что было сделано для того, чтобы боевая работа АДД — лидера в применении всех технических и тактических новшеств — стала максимально эффективной. Военные историки приводят такие цифры:

«Если за первые полгода войны один сбитый самолёт дальней авиации приходился на 13 самолёто-вылетов, то начиная с марта 1942 года в АДД потерянный бомбардировщик приходится на 97 самолёто-вылетов» (Бочкарёв П. П., Парыгин Н. И. Годы в огненном небе. М., 1991. С. 73).

Ветераны АДД вспоминают приезды командующего в полки. Это был праздник.

Голованова ждали, в отличие от других высоких начальников. Его стиль общения с подчинёнными был единственным в своём роде — собрать прямо на лётном поле весь личный состав полка, усадить на траву и на месте (здесь же располагались и офицеры штаба с необходимыми документами) решить все наболевшие вопросы присвоения званий, наград, быта лётчиков и техников и так далее. Этот стиль, надо сказать, напоминает древнерусские казачьи и вечевые традиции.

Остался в истории и такой момент. В марте 1946 года И. В. Сталин, подойдя к большой группе собранных для фотоснимка в Георгиевском зале маршалов, генералов и адмиралов — депутатов Верховного Совета СССР, вдруг подозвал к себе Голованова, стоявшего где-то позади, и лично усадил его в первом ряду, где было всего 12 полководцев, начиная с Г. К. Жукова и К. К. Рокоссовского.

Громкое в годы войны и ныне почти забытое название — АДД. Это и героические, на пределе техническом и на грани самопожертвования, ночные налёты 1941 и 1942 годов на Берлин; и мощные удары по железнодорожным узлам, резервам и переднему краю противника; и доставка В. М. Молотова на переговоры в Англию и США над воюющей Европой и Атлантикой; и помощь Народно-освободительной армии Югославии; и десятки тысяч перевезённых партизан, и «спецоперации». Так, например, отряд разведчиков, будущих Героев Советского Союза, Д. Н. Медведева и Н. И. Кузнецова доставили в немецкий тыл экипажи базировавшейся в Подлипках 1-й авиатранспортной дивизии АДД.

Нити непосредственного руководства исключительно многообразной боевой работой Авиации дальнего действия вели в Москву, в старинный красивейший Петровский дворец, в кабинет А. Е. Голованова с огромной картой на стене и видом из окон на Центральный аэродром.

Лишь три военачальника к маю 1945-го имели звание Главных маршалов родов войск — Главный маршал артиллерии Н. Н. Воронов, а также Главные маршалы авиации А. А. Новиков и А. Е. Голованов. Однако в послевоенные годы все они были сняты с занимаемых постов. Судьба каждого из них индивидуальна, но существовали, конечно, и более общие причины. Когда необходимо выстоять в испытаниях, заложить основы нового дела, власти требуется руководитель твёрдый и независимый, способный иметь собственное мнение и отстаивать его. Когда же испытания позади, такие люди становятся ненужными, они не могут приспосабливаться и угождать. Подобная тенденция, как показывает история, присуща не только авторитарным государствам.

«Тот, кому свойственны поступки выдающегося человека, — читаем сохранившийся в архиве маршала конспект под названием «Важная тетрадь», — неизбежно испытает противодействие со стороны заурядных людей своего века; тот, кому свойственны размышления человека независимого ума, непременно будет осуждён людьми».

Голованов действительно обращал на себя внимание. По воспоминаниям тех, кто бывал приглашён на кремлёвские приёмы первых послевоенных лет, Главный маршал авиации, голубоглазый блондин двухметрового роста, вместе со своей красавицей женой Тамарой Васильевной внешностью и элегантностью напоминали кинозвёзд. В 2001 году в издательстве объединения «Мосгорархив» вышла в свет книга — сборник документов и материалов «Главный маршал авиации Голованов», где в воспоминаниях сослуживцев, друзей и близких приоткрыты ранее неизвестные или малоизвестные страницы его биографии.

Оказывается, сталинский маршал имел дворянские корни, что ему приходилось скрывать. Отец Евгений Александрович — коренной волжанин, капитан-речник. Многие из рода Головановых служили в гвардии, в Семёновском полку. Отличались ростом, статью и железной силой. Александр в отрочестве мечтал быть моряком, по материнской линии был родственником героя Севастопольской обороны адмирала В. А. Корнилова. Потомки павших в Крымской войне могли поступать на государственное обеспечение в кадетские корпуса. Так Шура оказался в Московском кадетском корпусе имени Екатерины II, где в 1916–1918 годах закончил два класса. В 15 лет он добровольцем уходит в Красную Армию, разведчиком участвует в боях на Южном фронте.

А дедом по линии матери был народоволец, участник покушения на Александра II Н. И. Кибальчич. В тюрьме перед казнью он, как известно, разработал проект реактивного летательного аппарата. Мать А. Е. Голованова, ставшая оперной певицей, родилась в Томской тюрьме…

После Гражданской войны Голованов становится чекистом. Долгое время хранил он парабеллум известного террориста Б. Савинкова, в аресте которого принимал участие. В ОГПУ Александр пришёл, вероятно, по рекомендации мужа сестры Л. Н. Захарова, одного из руководителей советской разведки (репрессирован в 1937 году). Молодой чекист Голованов — первоклассный спортсмен, увлекается мото- и автогонками, чемпион страны по стрельбе из малокалиберной винтовки. Но стать крупным чекистом Голованову было не суждено, это не его судьба.

В 1932 году, в 28 лет, он начинает обучение полётам в небе, становится лётчиком-асом, затем начальником крупнейшего Восточно-Сибирского управления Гражданской авиации, которое выводит в лучшие. Перед войной Голованов — шеф-пилот Аэрофлота, орденоносец, его фото публикуется на обложке популярного журнала «Огонёк».

В своей книге «День-М» перебежчик В. Резун-Суворов уделяет Голованову главу под названием «О сталинском буревестнике», где пишет:

«Он — воплощение воли и энергии… Этот портрет похож на портрет супермена из кинобоевиков, но именно им он и был. Голованов достигал высших результатов в каждом деле, за которое брался».

Однако далее В. Резун, как и в других своих «трудах», лжёт, утверждая, что Голованов был одним из «исполнителей тёмных заданий» у Сталина, его личным телохранителем, следователем и пилотом. Отсутствие достоверных сведений о Голованове способствовало появлению таких слухов и «версий».

Резун, не смущаясь, приписывает Голованову то, что он на своём самолёте якобы доставлял в Москву будущие жертвы сталинского террора, в их числе и маршала В. К. Блюхера. Но, как выясняется в деталях лишь сейчас, сам Голованов в 1937 году оказался в «чёрном списке» в Иркутске и чудом избежал ареста. Благодаря предупреждению знакомых чекистов тайно уехал в Москву, где устроился на работу простым пилотом, вновь начав карьеру с нуля. А в годы войны и после неё, судя по всему, именно нежелание Голованова участвовать в политических интригах и обусловило в первую очередь его отдаление от Сталина, а затем и опалу.

В 1948 году А. Е. Голованов был снят с должности командующего Дальней авиацией и соответствующих его званию постов больше не получал. После окончания с отличием Академии Генерального штаба назначен командиром воздушно-десантного корпуса. Это при том, что в 1944 году все воздушно-десантные войска находились в его подчинении. В августе 1953 года уволен в запас. Голованов не был столь вопиюще несправедливо и беспощадно разжалован, как адмирал Н. Г. Кузнецов, его миновала тюрьма, как А. А. Новикова и А. И. Шахурина. Но ему пришлось в 1950-х годах в буквальном смысле бороться за выживание, ведь в семье было пятеро детей. Пенсия после отставки была низкой, пришлось маршалу на даче ходить за плугом, сажать полгектара картошки. Жена доила корову, вела хозяйство. Детей-школьников в городе поддерживала друг семьи — бывшая домработница.

А. Е. Голованов родился в 1904 году. Это год рождения целого ряда сталинских наркомов и командующих — А. Н. Косыгина, А. И. Шахурина, адмирала Н. Г. Кузнецова, маршала войск связи И. Т. Пересыпкина и других. В 1903 году родился Н. А. Вознесенский, в 1905-м — А. А. Кузнецов. Перед войной Сталин весьма продуманно выдвигал на высшие государственные посты обративших на себя его внимание 35–37-летних талантливых и сверхэнергичных лидеров. Они были незапятнанными в репрессиях и не закосневшими, способными повести за собой народ. Их поднимали наверх, минуя многие промежуточные ступени. В этом был немалый риск, и кто-то из них, как, например, генерал Д. Г. Павлов или командовавший ВВС Красной Армии П. В. Рычагов, со своими должностями не справился. Но в большинстве своём сталинский выбор оказался верным. В годы войны эти кадры решили всё.

Голованов, едва уцелевший в годы «ежовщины», как видно из полного текста его воспоминаний, поначалу относился к Сталину с предубеждением. Однако затем меняет точку зрения. В первые, тяжелейшие годы войны между лётчиком и вождём появляется даже определённое чувство доверия. Именно Голованову, и только ему, Сталин в разговорах с глазу на глаз говорил те слова, которые хотел оставить в народной памяти. Это, несомненно, делает мемуары Главного маршала ценным историческим источником.

Голованов остался верен Верховному до конца своих дней. Не пошёл (хотя возможность такая была) на поклон к Н. С. Хрущёву, которого презирал. Получив в 1958 году скромную должность заместителя начальника по лётной службе в ГосНИИ Гражданской авиации, Александр Евгеньевич все силы отдавал работе, летал и в 60 лет. Любил родной для него Аэрофлот, в своих воспоминаниях не раз подчёркивал, что именно лётчики Гражданского воздушного флота стали основой АДД.

Но и в ГосНИИ Голованов неугоден, не вписывался в обстановку начинавшегося «застоя» своей богатырской фигурой. С 1966 года — на пенсии. Горькими были для полководца те годы. До конца испил он горькую чашу унижения и зависти. На приветствие одного из бывших подчинённых фронтовых лет, ставшего генералом, у Александра Евгеньевича вырвалось:

«Какой я теперь Главный маршал? Я теперь никто, ничто…». Правда, на это генерал В. Я. Белошицкий, совершивший в годы войны в качестве штурмана более ста боевых вылетов, ответил: «Александр Евгеньевич, вы для нас всегда были, есть и будете Главным маршалом и самым уважаемым человеком!».

Последние годы жизни А. Е. Голованов отдаёт работе над мемуарами.

Работает так, как привык — с полной отдачей сил. Неделя за неделей в Подольске изучает документы Центрального архива Министерства обороны.

Главы из рукописи Александр Евгеньевич показывал М. А. Шолохову, московская квартира которого находилась в «маршальском» доме в Сивцевом Вражке. Автор «Тихого Дона» дал рукописи высокую оценку и советовал продолжать работу. Отдельные главы книги «Дальняя бомбардировочная…» были напечатаны в пяти номерах (в течение 1969–1972 годов, с большими перерывами) журнала «Октябрь». Голованов, обладавший умением увлечь читателя, ярко описал свои встречи с И. В. Сталиным. Это вызвало шумные кулуарные споры, потоки восторженных и критических писем. А власти поры так называемого «застоя», как известно, больше всего боялись «шума», то есть живого столкновения мнений.

Наверное, лишь в последнее время появилась возможность более спокойного осмысления ушедшего XX века, в том числе и деятельности Верховного Главнокомандующего — личности трагической, стоявшей в эпицентре поистине шекспировских страстей…

На машинописном экземпляре рукописи, побывавшей в Главпуре (Главное политическое управление Советской армии и Военно-морского флота), читаем замечания на полях: «Согласовать в ЦК КПСС...», «Проконсультировать в МИД СССР», «Нельзя противопоставлять Рокоссовского другим советским полководцам», «Учесть суверенность Чехословацкого государства…»...

Уже набранная в издательстве «Советская Россия» книга, которая готовилась к 70-летию автора, так и не вышла в свет. Александр Евгеньевич отказался учесть ряд письменных указаний Главпура и настойчивое устное «пожелание» — включить в повествование фамилию Л. И. Брежнева. Последовало наказание — глухое умолчание как собственной деятельности, так и всего вклада АДД в Победу. Единственному из советских военачальников Голованову было отказано в публикации воспоминаний! Удар был слишком тяжёл. Ещё очень крепкий физически, Александр Евгеньевич смертельно заболевает. Операция не помогла.

Верная спутница жизни Александра Евгеньевича Тамара Васильевна, прекрасная, доброй души женщина, рассказывала: «Последние его слова были: «Мать, какая страшная жизнь…». Три раза повторил…».

Так ушёл из жизни русский воин Александр Голованов. Интересно, что хотя официальная дата его рождения — 7 августа, он всегда отмечал не этот день, а день ангела 12 сентября — по православному календарю день святого благоверного князя Александра Невского.

Звёздным часом поколения, к которому принадлежал Главный маршал авиации, стала, конечно, Победа в Великой Отечественной войне. Дочь Главного маршала О. А. Голованова пишет: «Он стремился принести пользу людям и своей Родине. Он был романтиком и верил, что будет жить в прекрасном свободном обществе, где каждый человек будет счастлив». На борту одного из стратегических бомбардировщиков Ту-160 Дальней авиации ВВС РФ славянской вязью написано — «Александр Голованов».

Лишь в 1997 году, спустя более двадцати лет после смерти автора, Воениздат выпустил мемуары А. Е. Голованова под названием «Записки командующего АДД». Тираж был мизерным даже по нынешним временам — 600 экземпляров. В книжных магазинах книгу нельзя было найти, всё разошлось в кругу тех, кто лично знал маршала. К сожалению, уже в отсутствие цензурных ограничений были изъяты из рукописи многие принципиальные для автора оценки, интересные детали и т. д. Можно не соглашаться с автором, оспаривать его суждения. Но пора, наконец, услышать голос самого Голованова, который незадолго до смерти писал:

«Я прошу предоставить мне возможность опубликовать уже готовую написанную мной книгу, за правдивость которой готов нести ответственность».

Алексей ТИМОФЕЕВ

«За правдивость готов нести ответственность»

Письмо А. Е. Голованова в ЦК КПСС Л. И. Брежневу

и в Совет Министров СССР А. Н. Косыгину

8 апреля 1975 г.

Уважаемые товарищи!

Остаются считанные дни до того, когда вся наша страна будет отмечать тридцатилетие Победы над фашистской Германией. Каждый, кто воевал и защищал свою Родину, стремится как-то и чем-то отметить эту знаменательную для каждого советского человека дату.

Я тоже отношусь к тем советским людям, которые с малых лет с оружием в руках защищали Советскую власть и принимали активное участие в её становлении. Принимал я участие в четырёх войнах: Гражданской, на Халхин-Голе, финской и Великой Отечественной.

Как участником Великой Отечественной войны, мной написаны воспоминания об этой войне под названием «Дальняя бомбардировочная…», которые с 1969 года публикуются в журнале «Октябрь». За эти годы вышло пять номеров этого журнала, охватывающих период войны 1941–1942 годов, и не моя вина в том, что до сих пор публикация этих воспоминаний ещё не закончена.

На основе уже опубликованного материала мной написана книга, которая в начале августа месяца 1972 года принята издательством «Советская Россия» к изданию. Этой книге дано название «Записки командующего АДД», и она, согласно опубликованному проспекту, должна была выйти в 1974 году. В мае месяце 1974 года книга была подписана к печати, пройдя все положенные для издания инстанции, и их замечания были учтены и внесены в книгу. Однако руководитель Главлита при Совете Министров СССР П. К. Романов выпуск книги задержал. Через три месяца после этого мной была написана жалоба на неправомерные действия руководителя Главлита. В октябре месяце 1974 года я был приглашён в отдел пропаганды ЦК КПСС, где меня ознакомили уже с замечаниями Главпура, которые были написаны в конце сентября или начале октября, после возвращения туда книги Главлитом.

В этих дополнительных замечаниях, которых ранее не было, говорится уже о том, что в книге неправомерно много пишется о Сталине, что автор делает чрезмерный акцент на Верховного Главнокомандующего, что он не только рассказывает о своих многочисленных встречах с И. В. Сталиным, его указаниях по АДД, но он приводит множество фактов и оценок Сталина, не имеющих отношения к развитию боевых действий АДД. И в то же самое время командиры, политработники, лётчики остаются в какой-то мере на заднем плане, что, показывая в основном лишь единоличные решения Сталина по АДД, автор тем самым умаляет роль ГКО, Ставки Верховного Главнокомандования, Наркомата обороны, Военного совета АДД в создании, обеспечении и руководстве действиями Авиации дальнего действия. И, наконец, что в мемуарах А. Е. Голованова И. В. Сталин изображается в хвалебном тоне, в них многократно подчёркивается его дальновидность, прозорливость, безупречный стиль работы, чуткость и внимательность к людям и т. д. Причём эти оценки не всегда достаточно объективны. Далее идут конкретные предложения: что убрать из книги, что сократить, где изменить формулировки, и так далее. Вот, собственно говоря, суть дополнительных предъявленных мне замечаний.

Я не могу согласиться с этими дополнительными замечаниями, во-первых, потому, что они не зиждутся на конкретно указанных местах в книге, которые подтверждали бы справедливость этих замечаний, ибо таких мест в книге нет. Оценки деятельности Сталина там тоже отсутствуют. Во-вторых, огромная масса имеющихся отзывов читателей на уже опубликованное не подтверждает изложенного в замечаниях, а официальные отзывы читательской конференции, а также Института марксизма-ленинизма, данные по запросу самого издательства, удостоверяют совсем обратное тому, что написано в этих дополнительных замечаниях. (Копии отзывов прилагаются.) Действительно, о Сталине в книге говорится больше, чем у других авторов, и это совершенно естественно, потому что у меня не было никаких иных руководителей или начальников, которым бы я подчинялся, кроме Сталина.

Ни Генеральный штаб, ни руководство Наркомата обороны, ни заместители Верховного Главнокомандующего никакого отношения к боевой деятельности и развитию АДД не имели. Всё руководство боевыми действиями и развитием АДД шло только через Сталина и только по его личным указаниям. Никто, кроме него, касательства к Авиации дальнего действия не имел. Случай, видимо, уникальный, ибо мне других подобных примеров неизвестно. Что касается ГКО и других высших инстанций, то их решения, а значит, и руководство развитием и деятельностью АДД в книге приводятся.

Бывая систематически в Ставке и присутствуя там при решении многих вопросов, не имеющих отношения ни собственно к АДД, ни ко мне, но имеющих прямое отношение к ведению войны в целом, я был свидетелем процесса их решения. И некоторые из них мной приводятся в книге как представляющие, с моей точки зрения, определённый интерес и значение.

Полагаю, что это неотъемлемое право автора. Что касается деятельности Сталина, его стиля работы, общения с людьми — то, что написано в книге, является безусловной правдой, а не каким-то восхвалением. В книге приведены лишь некоторые из многочисленных фактов и эпизодов, известных мне, которые я счёл возможным привести в ней и которые уже опубликованы в журнале «Октябрь». Никто ранее не опровергал написанного и не возражал против их опубликования. Русское же слово «восхваление» имеет определённое значение — приписывание той или иной личности того, что этой личности не принадлежит, не соответствует её деятельности, является неправдой.

Наша партия дала оценку деятельности И. В. Сталина, указав на позитивные и негативные стороны этой деятельности. В период минувшей войны деятельность И. В. Сталина оценивается нашей партией как деятельность положительная, позитивная. Об этом периоде и написана книга, поэтому, когда о Сталине говорится там что-то положительное, это вовсе не является каким-либо восхвалением. Однако, ввиду полученных мной дополнительных замечаний, я написал предисловие, где указано, почему книга написана именно так, а не по-другому.

Уважаемые Леонид Ильич и Алексей Николаевич! Я прошу вас дать мне ответ, имею ли я право как гражданин, как коммунист, писать о минувшей войне так, как я её видел, так, как я в ней жил, писать о том, что я наблюдал, чему был свидетелем. Писать без прикрас и выдумок, словом, писать правду о том, что было и как было, писать так, как написана сама книга, где говорится о нашей Родине, о нашем народе, о советском труженике и советском воине, о тех трудностях, которые пришлось пережить советскому народу, о сложностях войны, о наших полководцах и Верховном Главнокомандующем, о силе и действенности партийно-политической работы, об организующей и направляющей деятельности нашей партии, которая, в конечном счёте, привела к разгрому злейшего врага человечества — фашизма и его головного отряда — гитлеровской Германии. Я прошу вас также ответить мне, правильны ли действия товарищей, которые понуждают меня переделывать по их усмотрению уже написанное и опубликованное в журналах, ссылаясь на то, что написанное в журналах не может быть опубликовано в книгах, многие месяцы задерживают книгу, и выход её ставят в зависимость от выполнения их требований.

Я решительно не верю тому, чтобы подобные действия были известны руководству нашей партии, руководству нашего государства и были бы ими санкционированы.

Я прошу предоставить мне возможность опубликовать уже готовую написанную мной книгу, за правдивость которой готов нести ответственность.

С уважением А. Е. Голованов

Приложение 1

Решение по разбору мемуарных материалов «Дальняя бомбардировочная…», написанных и опубликованных в журнале «Октябрь» (№ 7 за 1969 г., № 5 и 9 за 1970 г., № 11 за 1972 г., № 7 за 1972 г.) Главным маршалом авиации А. Е. Головановым, принятое на общем собрании Авиационной секции Военно-научного общества при Центральном Доме Советской Армии им. М. В. Фрунзе № 33 13 февраля 1973 г.

Воспоминания т. Голованова А. Е. охватывают период возникновения и хода Великой Отечественной войны за 1941 и 1942 гг. В них нашли широкое отражение вопросы организации и развития дальнебомбардировочной авиации Советского Союза и её участия в первые годы Великой Отечественной войны.

Мемуары т. А. Е. Голованова отличаются новизной и достоверностью фактов, широтой авторского проникновения в описываемый материал и высокой гражданственностью. В них ярко отражается, прежде всего, героическая борьба личного состава дальнебомбардировочной авиации за победу над фашистской Германией. Лётчики с первого дня войны своими смелыми действиями, летая в глубокий тыл врага и нанося по нему удары, на деле опровергают лживую информацию геббельсовской пропаганды о гибели Советской армии и её воздушного флота. Ярко и доходчиво в мемуарах показывается роль Коммунистической партии и её руководства как направляющей и руководящей силы в мобилизации нашего народа на борьбу с немецким фашизмом. Приводятся впечатляющие факты о деятельности политорганов, партийных и комсомольских организаций, о ратных подвигах коммунистов и комсомольцев. Более 300 отважных и мужественных лётчиков, штурманов, командиров частей, соединений и подразделений, авиатехников и других специалистов привёл автор в своих воспоминаниях. При этом назвал не просто фамилии, а сумел о некоторых из них привести характерные черты, попытался проникнуть во внутренний мир тех, с кем вместе ковал победу над врагом. Шаг за шагом автор ведёт читателя по огненным маршрутам дальнебомбардировочной авиации, повествуя о ратных делах её коллектива, который дрался с немецкими ордами почти на всех фронтах Великой Отечественной войны. Воспоминания написаны спустя 25 лет после Великой битвы, но они верно передают атмосферу, царившую в то время в полку, дивизии, ВВС и даже в Ставке Верховного Главнокомандования. В них сохранился дух и настроение сороковых годов. Читатель ясно ощущает напряжённость и ответственность обстановки и правильно оценивает место данных событий в общем ходе борьбы. События в них не трансформируются через призму современности, а излагаются так, как они протекали в действительности. Постановка в центре внимания воина-авиатора, воспитанного Ленинской партией, делает мемуары т. Голованова ценнейшим документом нашего времени. Автор не переоценивает боевых действий вверенной ему авиации и не принижает действий других родов авиации и видов Вооружённых Сил, не противопоставляет свои решения решениям Ставки, а каждому из них отдаёт должное в борьбе. Постоянно напоминает, что успехи в борьбе ковались общими усилиями всех видов Вооружённых Сил и всего советского народа. Автор в своих воспоминаниях смотрит на события с того командного пункта, на который он ставился. И это правильно. Автор тщательно сверяет свои воспоминания с документами военных архивов, даёт много ссылок на них. Он не сгущает красок, не нарушает цельного представления о могучей созидательной силе партии, величайшем героизме, проявленном советскими авиаторами в боях с фашизмом. На ярких примерах автор показывает стиль работы Верховного Главнокомандующего: его настойчивость и умение разобраться в самой сложной обстановке и найти правильный выход из неё; высокую требовательность в работе к себе и подчинённым; систему контроля за выполнением принятых решений; умение заставить подчинённого выполнить порой невыполнимое задание. Факты, события, изложенные Головановым в мемуарах, имеют большую общественную значимость. Все они помогают читателю глубоко осмыслить атмосферу и колорит эпохи. Молодое поколение в мемуарах т. Голованова найдёт опору, способствующую постоянному укреплению веры в великую созидательную силу и неисчерпаемый талант нашего народа, создающего коммунистическое общество. Недостаточно, на наш взгляд, в мемуарах т. Голованова отражено управление боевыми действиями Дальней авиации. Основой решения является решение командира, ибо в нём воплощается идея, выражающая замысел и сущность той или иной операции или действия. Выработка решения — это довольно сложный процесс.

Хотелось бы этот процесс видеть в столь интересных и поучительных мемуарах. Собрание Авиационной секции ВНО при ЦДСА им. М. В. Фрунзе просит редакцию журнала «Октябрь» ускорить издание мемуаров Главного маршала авиации т. Голованова А. Е., скорейшем выпуске в свет его мемуаров отдельной книгой.

Приложение 2.

Отзыв из Института марксизма-ленинизма на подготовленную к печати книгу воспоминаний Главного маршала авиации Голованова А. Е. «Записки командующего АДД» (издательство «Советская Россия», 250 стр.) 2 октября 1974 г.

Воспоминания Главного маршала авиации А. Е. Голованова были опубликованы в журнале «Октябрь» за 1969, 1970, 1971 и 1972 годы и получили многочисленные положительные отклики читателей. Дополнения, сделанные к тексту уже опубликованных воспоминаний, придают им большую полноту и убедительность. Маршал Голованов подробно излагает историю создания Авиации дальнего действия и не менее ярко показывает её боевые действия в первые годы Великой Отечественной войны. С большим знанием дела А. Е. Голованов излагает становление и совершенствование тактики АДД. Сильное впечатление производит убедительное описание многочисленных героических эпизодов и подвигов, совершённых лётчиками Авиации дальнего действия (Гастелло, Вдовенко, Молодчий, Таран, Чурилин, Осипов, Матросов, Соколов, Даныцин и др.). Повествование тов. Голованова основано на малоизвестных документах военного времени, которые подтверждают правдивое содержание «Записок». Хорошо, что маршал Голованов расширил показ и значение партполитработы в условиях боевых действий. Это придало «Запискам» ещё большую стройность и цельность. Как видно из «Записок», их автор в годы войны многократно бывал в Ставке, выезжал в качестве её представителя на различные фронты; там он встречался с видными советскими военачальниками, характеристики которых дополняют картину событий на том или ином фронте. Маршал сообщает, как в Ставке под руководством И. В. Сталина решались важнейшие военно-политические вопросы. Обо всём этом написано интересно, со знанием излагаемых вопросов и хорошим литературным языком. Слишком велик рапорт лётчика Петелина, в котором он уж очень подробно излагает свой выход из тыла противника после неудачного полёта. В вёрстке (Книга А. Е. Голованова уже была набрана в издательстве «Советская Россия». — Ред.) много опечаток, неточностей, пропусков слов и целых страниц. Например, как понять: «обращались со Сталиным»; очевидно, «общались». Устранив некоторые неточности, «Записки» А. Е. Голованова могут быть изданы отдельной книгой. Они явятся дополнительным источником для изучения героической эпопеи советского народа периода Великой Отечественной войны.

Доктор исторических наук Н. Лебедев

https://www.litmir.me/br/?b=92398&p=5#n_3_back


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России". | Сделать сайт в deeple.ru