Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№5, Май 2010

ГЛАВНАЯ ТЕМА: Безопасность и сотрудничество в АТР

Алексей Бородавкин Нужна новая архитектура безопасности

 

Судьба одарила Россию двойной идентичностью, сделав ее одновременно европейской и азиатско-тихоокеанской державой. И в Евроатлантике, и в Азиатско-Тихоокеанском регионе сейчас происходят крупные геополитические сдвиги, непосредственно затрагивающие российские интересы. Поэтому проведение Российским национальным комитетом АТССБ и Дипакадемией МИД России конференции по вопросу о формирующейся архитектуре безопасности и сотрудничества в АТР является как нельзя более своевременным.

Разговоры на эту тему активно идут в Вашингтоне, Пекине, Токио, Нью-Дели, Канберре и других столицах. Но нам особенно важно знать мнение отечественного экспертного сообщества, которое всегда отличало глубокое понимание Востока и современных международных отношений. Убежден, что наша дискуссия даст ответы на многие из волнующих нас всех вопросов или, по крайней мере, обозначит наш подход к их решению.

Первое десятилетие XXI века убедительно продемонстрировало — АТР стал двигателем глобального экономического развития. От этой географической зоны во все большей мере зависит и состояние дел в глобальной политике.

Вместе с тем конфликтный потенциал АТР остается исключительно высоким. Вспышка любого из «дремлющих» конфликтов — будь то напряженность на Корейском полуострове, ситуация вокруг Ирана, тайваньская проблема или территориальный спор в Южно-Китайском море — способна подорвать в целом, несмотря на финансово-экономический кризис, благоприятную экономическую динамику региона. Это выдвигает на первый план необходимость укрепления основ безопасности и стабильности в АТР как предпосылки развития и процветания.

Особую актуальность в этих условиях приобретает вопрос: каким путем пойдут государства АТР? Не повторят ли они в XXI веке ошибок, которые допустили в кровавом XX столетии европейские страны? Смогут ли они справиться с противоречиями и разногласиями? Не допустить конфронтации? Смогут ли они выстроить такую региональную архитектуру, которая позволила бы не только предотвращать и преодолевать конфликты, но и создавала бы стимулы для развития сотрудничества?

Термин «архитектура» давно стал частью политического лексикона. При этом надо отдавать себе отчет в том, какой смысл мы вкладываем в это понятие. В контексте международных отношений речь должна, по всей видимости, идти о некоем комплексе организованных в единую систему многосторонних институтов и механизмов. Отвечают ли такому определению современные азиатско-тихоокеанские реалии?

На сегодняшний день в АТР имеется несколько региональных организаций. Наиболее крупные — Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и Ассоциация регионального сотрудничества в Южной Азии (СААРК). Наряду с этим возникли и успешно функционируют многочисленные диалоговые форумы — Форум «Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество» (АТЭС), Региональный форум АСЕАН по безопасности (АРФ), Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА) и другие. Целый ряд механизмов взаимодействия группируется вокруг АСЕАН. Кроме того, в регионе существуют двусторонние и многосторонние военно-политические альянсы под эгидой США, которые были созданы во времена «холодной войны», но от которых их участники не готовы отказаться в пользу более широких интегрированных структур.

К этому следует добавить, что экономическая интеграция в АТР материализуется в форме преференциальных торговых соглашений — их на сегодня подписано более 50. Образовано несколько переговорных форматов для урегулирования конфликтогенных ситуаций. Особое место среди них занимает процесс шестисторонних переговоров по ядерной проблеме Корейского полуострова.

Таков геополитический и геоэкономический ландшафт АТР. Полноценной региональной архитектурой эту пеструю картину назвать, согласитесь, трудно. Было бы правильней говорить о наличии в регионе разрозненных, неоднородных по характеру, задачам и составу участников, находящихся на разных стадиях развития многосторонних институтов.

За все послевоенные годы здесь так и не сложилось единой, стройной конфигурации региональных механизмов. Особенно это касается сотрудничества в области безопасности, эффективность которого оставляет желать много лучшего. В результате контроль над вооружениями в АТР не регламентирован ни правовыми, ни институциональными рамками. Нет в регионе действенного механизма конфликтного урегулирования. Последний пример — недавнее обострение территориального спора между Камбоджей и Таиландом, обернувшееся вооруженными столкновениями на границе.

В АТР сохраняются застарелые геополитические разломы, восходящие еще к началу эпохи «холодной войны». Так, вопиющим анахронизмом является ситуация на Корейском полуострове, где сегодня, более полувека спустя после окончания Корейской войны 1950—1953 годов, по-прежнему отсутствуют элементарные гарантии регионального мира и стабильности. Новые разделительные линии вычерчиваются и в наше время. В качестве примера можно привести предпринимаемые попытки международной изоляции Мьянмы.

В области экономики мы тоже наблюдаем противоречивые тенденции. С одной стороны, глобализация способствует усилению экономической взаимозависимости, взаимного проникновения интересов, что, в свою очередь, служит фактором региональной стабильности.

В то же время термин «экономика АТР» является большой натяжкой — регион неоднороден и раздроблен. Огромным остается разрыв в уровнях экономического развития стран АТР. Мощные экономики с высоким уровнем жизни населения — США, Япония, Гонконг, Сингапур, Канада, Австралия — соседствуют здесь с такими беднейшими странами, как Восточный Тимор и Папуа-Новая Гвинея. Да и быстрорастущие экономики — Китай, Индия, Индонезия, Вьетнам — тоже пока не могут похвастаться высокими показателями объема ВВП в расчете на душу населения.

Неоднозначное влияние на ситуацию в АТР оказывает процесс либерализации торговли. Формирование двусторонних и многосторонних зон свободной торговли способствует сближению входящих в них стран, одновременно возводя дополнительные барьеры для торгово-экономического сотрудничества между теми, кто находится внутри закрытых торговых блоков, и теми, кто в них не входит. На фоне глобального финансово-экономического кризиса усилились проявления протекционизма. Свободному передвижению товаров, капиталов и услуг мешают неразвитость транспортной инфраструктуры, коммуникаций, несовершенство национального законодательства и т.п.

АТР — многоликий регион, где сосуществуют различные цивилизации, культуры, религии. Ожидать появления здесь в обозримом будущем единой региональной идентичности, по всей видимости, не приходится. Но развивать контакты между людьми, выходить на общий знаменатель культурно-гуманитарного сотрудничества, продвигать равноправный межцивилизационный и межрелигиозный диалог необходимо. А этого в АТР порой очень не хватает.

Из всего сказанного вытекает главная для стран АТР задача — преодолеть существующие в регионе «водоразделы», из имеющихся «несущих опор» и «кирпичиков» выстроить целостную «архитектурную конструкцию», добиться создания единого пространства безопасности и сотрудничества.

В последнее время в АТР оживленно обсуждаются инициативы премьер-министра Австралии К. Радда о создании Азиатско-Тихоокеанского сообщества и премьер-министра Японии Ю. Хатоямы о формировании Восточноазиатского сообщества. Выдвижение этих и других новых идей, касающихся параметров будущего регионального порядка, свидетельствует о растущем стремлении государств, расположенных на пространстве Азии и Тихого океана, к сотрудничеству, к объединению усилий в целях совместного решения актуальных проблем. Однако осуществление планов создания регионального сообщества, и это признают сами авторы упомянутых идей, не обещает быть легким делом.

По нашему мнению, Азиатско-Тихоокеанскому региону с его контрастами и проблемами нужна многомерная, многослойная архитектура безопасности и развития. Архитектура, которая основывалась бы на началах коллективности, равноправия и транспарентности, на общепринятых принципах международного права. Убеждены, что эффективность будущей архитектуры может быть обеспечена только тогда, когда в регионе не будет разделительных линий, а учет законных интересов государств станет нормой региональной жизни. Наиболее реалистичным в нынешних условиях было бы идти по пути развития горизонтальных связей в духе сетевой дипломатии, создания в регионе сети партнерских связей между многосторонними организациями и форумами.

Формирование новой архитектуры безопасности и сотрудничества в АТР, которая соответствовала бы сложившимся здесь многополярным реалиям, потребует последовательных совместных усилий. Россия как азиатско-тихоокеанское государство готова вносить в эти усилия свой конструктивный вклад, продолжая линию на развитие дружественных отношений с государствами АТР, участие в многосторонних объединениях и подключение к региональным интеграционным процессам.

Речь идет, например, о нашем диалоге с АСЕАН, вехой в котором будет Второй российско-асеановский саммит осенью этого года в Ханое. Мы активно готовимся к участию в Третьем саммите СВМДА, запланированном на 7—9 июня сего года в Стамбуле. Еще одним важнейшим внешнеполитическим событием, связанным с процессом интеграции России в АТР, станет российское председательство в АТЭС в 2012 году. Подготовка к этой важной миссии уже начата.

БОРОДАВКИН Алексей Николаевич,
заместитель министра иностранных дел Российской Федерации


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России".