Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№10, Октябрь 2010

ГЛАВНАЯ ТЕМА Стандарты демократии

Игорь Юргенс Россия и НАТО: стратегия интеграции

 

Логика строительства особых отношений между Россией и НАТО в конечном счете ориентируется на стратегическое партнерство. Мы в Институте современного развития считаем, что нужно нацеливаться на союз России и НАТО, на интеграцию России в обновленное НАТО, а также на членство в НАТО — в долгосрочной перспективе.

Во-первых, вскоре предстоит Лиссабонский саммит НАТО, где будет приниматься стратегическая концепция альянса, и НАТО должно высказаться по поводу заявленной им собственной трансформации. Во-вторых, мы заявили на высшем политическом уровне о том, что мы стремимся к изменению архитектуры евроатлантической безопасности. В-третьих, наш внутрироссийский консенсус состоит в том, что Россия имеет особый статус великой державы в Евроатлантике, и поэтому присоединиться к НАТО мы можем только на особых условиях.

В начале 2000 года президент Путин разговаривал с Джорджем Бушем, и тот приватно сказал, что у России есть условия, которые удовлетворяют критериям членства: встаешь в очередь и вступаешь в НАТО. Это не подходило Путину и не подходило России в тот момент. Мне кажется, что мы подошли к тому моменту, когда можно наладить какие-то более элегантные отношения.

Мы анализируем несколько этапов сценария интеграции. Остановиться на одном из них — дело политического руководства. В настоящее время приоритетный и наиболее реалистичный вектор дискуссии состоит в формировании союзнических отношений между Россией и НАТО. Это долгосрочный вектор, мы не должны упустить окно возможностей по ряду направлений и должны использовать то время, которое у нас есть, для улучшения наших отношений. Это было продекларировано президентом Российской Федерации, президентом США и генеральным секретарем НАТО.

Мы должны, по крайней мере, начать размышлять о том, как именно будет организован этот «союз союзов», как может быть реализован так называемый французский вариант присоединения России к этой политической организации.

Актуальной задачей является активизация усилий по содействию операции НАТО в Афганистане. В условиях принятия новой стратегической концепции альянса следует активизировать обсуждение военных доктрин России и НАТО.

Нужно ориентировать задачи взаимодействия по военной линии в благоприятных направлениях для самих вооруженных сил, с учетом того, что происходит в Российской Федерации в ходе реформы. Надо думать о расширении сотрудничества в миротворчестве, о коллективных военных операциях для реагирования на реальные угрозы. В области пиратства и в нескольких других областях НАТО и Россия действуют совместно. Миротворческий корпус в принципе можно сформировать.

Мы размышляем о практической совместимости вооруженных сил России и НАТО. До 2008 года, до конфликта на Кавказе, происходили совместные военные учения. Можно заявить о прекращении всех учений, которые бы предполагали имитацию операций против России и НАТО, включая морские и воздушные пространства. Мы рассматривали возможность и приемлемость перехода к интеграции систем противовоздушной обороны — они совместимы. Мы рассматривали вместе с российскими военными вопрос об отработке взаимодействия оперативной совместимости войск и сил России и НАТО, дислоцированных вне национальных территорий.

Второй большой вопрос — это противоракетная оборона. К августу 2008 года наши военные подошли к идее доверия, которая, с одной стороны, отражала понимание общих угроз и общих интересов в их сфере, а с другой — определяла принципы, в соответствии с которыми эта задача может быть решена. Мы считаем, что целесообразно возродить проект Центра обмена данными о пусках ракет и ракетоносителей. Решение о создании такого Центра было принято руководителями России и США еще в конце 1995 года. Возможно сделать это в формате России НАТО — США. Мы предлагаем подумать о целесообразности отказа от борьбы за первенство в обладании правом контролировать так называемую красную кнопку.

В отличие от стратегических ударных средств, противоракетная оборона функционирует в автоматическом режиме. Отменять решение о применении системы ПРО в условиях скоротечного противоракетного боя —задача очень непростая, так как, по словам военных, она может привести к пропуску ракетой цели. Вряд ли какое-нибудь должностное лицо возьмет на себя такую ответственность. Здесь с нашими американскими коллегами нам надо говорить об обмене информацией, о существующих возможностях в этом отношении.

Задача России и НАТО — сделать шаги навстречу друг другу, потому что пока наши миротворческие действия порой противоречивы. Предлагаем создать Евразийский координационный совет региональных организаций в составе ОДКБ, НАТО, Евросоюза, с участием ОБСЕ и под эгидой ООН для согласования и распределения функций и ответственности между организациями в решении кризисных проблем международной безопасности.

Вторая идея — продвижение в качестве российской инициативы проекта прямого сотрудничества ОДКБ и НАТО, включая возможность использования двух компонентных смешанных миротворческих сил и сил по реагированию на чрезвычайные ситуации.

Взаимодействие в борьбе с наркоугрозой надо строить в более тесном сотрудничестве России с евроатлантическим сообществом, в проведении на основе общего мандата Совета безопасности мер реконструкции в Афганистане, со своей территории и с территории стран Центральной Азии, без направления российских контингентов в состав коалиции.

Есть неплохие идеи по поводу военно-технического сотрудничества. Компонентная база отдельных вооружений Российской Федерации в настоящий момент до 30 процентов состоит из компонентов, получаемых из государств НАТО, Израиля и других стран. Представляется целесообразным активизировать работу по формированию сначала нормативно-правовой базы, затем можно будет осуществлять более серьезное сотрудничество в этой линии.

С учетом политически обязывающих базовых документов России и НАТО нужно задуматься, как сделать сотрудничество более юридически обязательным, хотя бы по отдельным направлениям. ВТС и миротворчество нуждаются, конечно, в большей конкретизации. В свое время основополагающим актом сотрудничества Россия — НАТО была политическая декларация, без юридически обязывающих положений. Если мы продвинемся по вышеназванным направлениям, а также по вопросу совместной противоракетной обороны, то нужны юридически обязывающие документы.

Два слова по поводу Совета России и НАТО. Безусловно, Совет имеет определенный потенциал для того, чтобы стать более эффективным инструментом предотвращения конфликтов и сохранения стабильности в регионе. Очень важно, чтобы в Совете государства работали по-прежнему в национальном качестве. Довольно сложно, когда остальные 20 с лишним стран уже приняли свои решения и ставят Россию перед фактом. Нужно, чтобы это было прописано особенно.

Чтобы идти вперед, нужен очень большой экспертный потенциал. Одна бюрократия, брюссельская и московская, не решит вопросов кардинального сближения систем безопасности Евроатлантики.

ЮРГЕНС Игорь Юрьевич,
председатель правления Института современного развития,
профессор Государственного университета
Высшей школы экономики


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России".