Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№10, Октябрь 2015

ДАЛЕКОЕ И БЛИЗКОЕ

Олег АЙРАПЕТОВ
ВЕНСКИЙ КОНГРЕСС И ПОСЛЕВОЕННОЕ УСТРОЙСТВО ЕВРОПЫ

 

Венский конгресс проходил в столице Австрии (сентябрь 1814 — июнь 1815 г.). На него собрались 216 представителей европейских государств (за исключением Турции). Уполномоченными от России были граф А. К. Разумовский, граф Г. О. Штакельберг, граф К. В. Нессельроде. Деятельное участие в переговорах принял император Александр I, прибывший 13 сентября 1814 года . Именно здесь его дипломатическое искусство зрелого государственного деятеля было использовано в полную силу. Главные участники переговоров — лорд Р. С. Каслри, герцог А. У. Веллингтон, князь К. Меттерних, император Франц I, князь К.-А. фон Гарденберг, Ф. В. фон Гумбольдт, князь Ш. Талейран-Перигор.


Последнему удалось добиться участия своей страны в переговорах на равных условиях с союзниками и активно использовать в ее интересах разногласия в стане вчерашних врагов Франции. Этот политик в очередной раз полностью оправдал данную ему Наполеоном характеристику: «интриган, человек крайне аморальный, но очень умный и несомненно самый способный из всех министров, которые у меня были» . Постоянно апеллируя к морали, он не забывал о своих собственных интересах — только взятка от короля Саксонского, полученная за поддержку его интересов, составила 3 млн франков . Характерно, что Талейран дебютировал на конгрессе с требованием изъять из протокола конгресса само слово «союзники», так как Наполеон, причина союза, находился в это время на Эльбе. Поскольку без Франции нельзя было создать жизнеспособную систему международных отношений в Европе, с ним согласились. Следующим его шагом, но уже кулуарным, стало предложение вспомнить слово «союз», но направленный против России и Пруссии .


Это предложение было принято британской и австрийской делегациями. Меттерних не хотел смириться с усилением позиций Пруссии в Германии, Каслри считал, что воссоздание Польши под скипетром российского императора чрезмерно усилит позиции России в Европе. Александр I был тверд в двух основных пунктах своей программы. Он не собирался уступать герцогство Варшавское, и готов был защищать его даже силой. А что касалось саксонского короля, то по русскому плану ему предполагалось выделить Этрурию, королевство на северо-западе Италии . В случае попытки его возвращения в Дрезден император был также готов прибегнуть к силе: «Если король саксонский не отречется, его повезут в Россию, там он и умрет» . 27 октября 1814 года по приказу Александра русский губернатор Саксонии передал ее в прусское управление вместе с объявлением о присоединении этого королевства к Пруссии. Значительных протестов в Саксонии этот шаг не вызвал .


Совсем другую реакцию эти действия вызвали в Вене, где ускорилось формирование антирусской и антипрусской коалиции. Особенно шумно возмущался Талейран, но его нравоучения стали явно раздражать императора . Что касается Меттерниха, то, поймав его на откровенной лжи в свой адрес, высказанной за спиной в разговоре с представителем Пруссии, Александр вызвал того на дуэль. Конфликт был урегулирован при вмешательстве императора Франца . В вопросе о герцогстве император всероссийский оставался непреклонен. «Скорее война, — заявил он Талейрану, — нежели отказ от того, что занято мною» . Александр начал терять терпение и в спорах о будущем Польши, все более был готов демонстрировать силу: «У меня в герцогстве 200 тысяч человек. Пусть попробуют меня оттуда выгнать» . Это было именно то, чего добивался представитель Франции. 24 декабря 1814 года в Генте был подписан мир между Великобританией и США, завершивший войну, начатую 18 июня 1812 года Америкой под лозунгом защиты своей торговли от действий британского флота. Ее завершение дало возможность Лондону активизировать свои действия в Европе .


3 января 1815 года был подписан секретный договор между Австрией, Францией и Англией, целью которого было помешать присоединению Саксонии к Пруссии и герцогства Варшавского к России. Предусматривалась даже возможность военных действий против вчерашних союзников. В случае войны, не позже 6 недель после обращения союзника, Париж, Вена и Лондон обязывались выставить по армии в 150 тысяч человек и не заключать сепаратного мира. Для Англии предусматривалась возможность выставить наемную армию или ограничить свое участие субсидиями . Это был триумф политики Талейрана. Подписав договор, он обратился с письмом к Людовику XVIII: «Отныне, государь, коалиция разрушена и разрушена навсегда. Франция не только не изолирована более в Европе, но Ваше Величество располагаете теперь такою союзною системою, которую не могли бы доставить и 50 лет переговоров. Франция... является истинною главою и душою союза, основанного для защиты принципов, впервые провозглашенных ею» .


«Принципы права», кроме второстепенных Ганновера, Саксонии и Баварии, поддержали также Нидерланды и великое герцогство Дармштадтское . В результате Петербург и Берлин оказались в изоляции и вынуждены были пойти на уступки. «Соглашения о герцогстве Варшавском и восстановлении Пруссии, — докладывал Александру граф Нессельроде, — считались наиболее важными из тех, которые оставалось заключить между участниками Парижского мирного договора в соответствии с его постановлениями. Трудности, вызывавшиеся этими двумя крупными вопросами, полностью подтверждают приведенное суждение, и если бы не совещание монархов, собравшихся в Вене, о них, безусловно, никогда не удалось бы договориться» . Монархи все же смогли договориться. Вскоре все противоречия были забыты.


Все изменило внезапное бегство Наполеона с Эльбы. Вечером 26 февраля 1815 года он с несколькими десятками приближенных вступил на борт брига «Непостоянный», который немедленно вышел в море. За ним последовала небольшая эскадра с его личной гвардией . 7 марта Меттерних получил письмо от австрийского консула в Генуе, извещающее его о том, что Наполеон покинул Эльбу .


Вечером того же дня новость стала известна всем и, по словам современника, «произвела, можно сказать, некоторое оцепенение в умах в Вене, где в течение шести месяцев жили посреди беспрестанных веселостей» . Курс государственных облигаций европейских стран несколько дней лихорадило . 1 марта 1815 года бежавший изгнанник высадился у Канн и обратился к армии: «Победа быстро пойдет пред нами. Орел с национальной кокардой полетит с башни на башню на купол собора Нотр-Дам» . Обращение к французскому народу обещало освобождение от навязанной династии и несправедливых законов, которые защищают меньшинство .


Попытки остановить полет орла с трехцветной кокардой успеха не имели. Из полуторатысячной Эльбской армии Наполеон смог взять только 649 гвардейцев, 200–300 корсиканских егерей, 40 артиллеристов и 6 орудий . По пути армия постоянно увеличивалась за счет переходивших на сторону императора солдат короля. 1 марта представители восьми держав, подписавших Парижский мирный договор, по настоянию Меттерниха и Талейрана подписали совместную декларацию, объявлявшую, что «Наполеон Бонапарт сам исключил себя из числа людей, охраняемых щитом гражданских и политических установлений; что он, как открытый враг и возмутитель всемирного спокойствия, предается праведной мести обществ» .


Декларации союзников не помешали Наполеону 20 марта войти в Париж. 23 марта он публично обратился к монархам Европы на страницах «Монитера», заявляя, что все, что ему нужно — это спокойствие и мир для Франции и континента . Никто не хотел его слушать. 15 марта Александр I отдал распоряжение о немедленном выступлении 200-тысячной русской армии к границам Франции. Вслед за ней должна была выступить вторая армия такой же численности, и еще 150 тысяч человек должны были составить резерв на западных границах Империи . Вслед за этим русский монарх заверил Людовика XVIII в своей готовности оказать ему всемерную помощь для восстановления порядка в королевстве .


17 марта 1815 года союзники по борьбе с Наполеоном возобновили Шомонский трактат и составили новую, 7-ю коалицию. Всем европейским странам было предложено присоединиться к ней . Великобритания обязалась выплатить Австрии, Пруссии и России 5 миллионов фунтов стерлингов, еще 3,5 миллиона выделялись для германских государств, которые выставят свои войска для общей борьбы. Всего новая коалиция выставляла около 800 тысяч человек, из которых 167 тысяч — русских . По плану, принятому в Вене 19 марта, в прибрежной полосе Рейна должны быть созданы три союзные армии. На верхнем Рейне — австрийская со Шварценбергом во главе, на нижнем — прусская Блюхера и в Голландии — английская, возглавить которую должен был Веллингтон. Русская армия под командованием Барклая де Толли при подходе должна была занять позиции на среднем Рейне в районе Нюрнберга .


Главной задачей беглеца с Эльбы стало разрушение единства коалиции. Судьба предоставила ему удобный шанс. В кабинете бежавшего Людовика XVIII Бонапарт нашел секретный договор, который он немедленно переслал Александру I с оставшимся в Париже секретарем русской миссии. Император получил его 27 марта 1815 года . Александр был потрясен этим известием и пригласил к себе Меттерниха. «Вы знаете эту бумагу?» — спросил император. Канцлер Австрии не нашел слов. Однако император не изменил своего мнения относительно Наполеона и на глазах у смущенного австрийца сжег присланный документ. «Меттерних, пока мы живы, — сказал Александр I, — никогда больше не должно быть об этом речи между нами» . Примерно такая же сцена повторилась позже и при встрече Нессельроде с Талейраном . Правда, в отличие от Меттерниха, он был весьма многословен и убеждал своего собеседника, что договор был заключен без злой цели: «я хотел только расстроить Четверной союз» .


Бегство короля и возвращение Наполеона помогли преодолению противоречий в Вене и резко ускорили ход переговоров. Александр I не только не сказал ни слова о союзе, направленном против России и Пруссии, но и приказал русским дипломатам молчать о нем . Император перестал публично игнорировать Меттерниха, как он это делал после вызова канцлера на дуэль почти три месяца подряд .


21 апреля1815 года в Вене были подписаны дружественные трактаты между Россией, Австрией и Пруссией, определявшие новое положение польских земель. Пруссия получала лишь северную часть Саксонии — две пятых ее территории, или 20 тыс. кв. км, 800 тысяч жителей. Но зато она возвращала себе Позен (совр. Познань), приобретала Рейнланд и Вестфалию, остров Рюген и Шведскую Померанию. Галиция с Тернопольской областью возвращались Австрии, Краков был объявлен вольным городом. Оставшаяся часть герцогства Варшавского передавалась России под названием Царства Польского, объединенного с Империей династической унией .


На следующий день была подписана и инструкция комиссарам России, Австрии и Пруссии по созданию управления в вольном городе Кракове . Конституция Кракова была принята дополнительным трактатом трех держав 21 апреля . Таким образом, Александр I пошел в польском вопросе гораздо дальше Наполеона, создавшего только «Варшавское герцогство». Польское государство было восстановлено de jure, Александр вновь превратил название «Польша» из географического в политическое. Как показали дальнейшие события, реализация этого романтического проекта не привела ни к чему хорошему.

***
В Вене барон Г. Ф. Фон Штейн предупреждал русского императора об опасности его планов, реализация которых приведет к разъединению России и Польши, и советовал ограничиться в польских владениях лишь дарованием местного самоуправления. Александр не счел необходимым прислушаться к этим предупреждениям . Гарденберг в секретном меморандуме Каслри от 7 ноября 1814 года убеждал этого противника передачи герцогства под власть России не волноваться: «Сила России скорее ослабеет, чем увеличится от этого нового Польского королевства, под скипетром одного с нею государя находящегося. Собственная Россия потеряет области очень значительные и плодоносные.

Соединенные с герцогством варшавским, они получат конституцию, совершенно отличную и гораздо более либеральную, чем конституция империи. Поляки будут пользоваться привилегиями, каких нет у русских. Скоро дух двух наций станет в совершенной оппозиции; зависть между ними помешает единству, родятся всякого рода затруднения, император русский и вместе король польский будет гораздо менее страшен, чем государь империи Российской…» . На британцев подействовала логика этих доводов, в результате они поддержали австрийцев и пошли на уступки. По требованию Александра I положение о восстановлении Царства (Королевства) Польского, а также его обещание предоставить русской Польше конституцию, нашло свое отражение в решениях конгресса.


В результате статья 1 Венского трактата звучала следующим образом: «Герцогство Варшавское, за исключением тех областей и округов, коим в нижеследующих статьях положено иное назначение, навсегда присоединяется к Российской Империи. Оно в силу своей Конституции будет в неразрывной с Россией связи, и во владении Е. В. Императора Всероссийского, наследников Его и преемников на вечные времена. Его Императорское Величество предполагает даровать, по Своему благоусмотрению, внутреннее устройство сему Государству, имеющему состоять под особенным управлением. Его Величество, сообразно с существующими в рассуждении прочих Его титулов обычаем и порядком, присоединит к оным и титул Царя (Короля) Польского. Поляки, как Российские подданные, так равномерно и Австрийские и Прусские, будут иметь народных представителей и национальные Государственные учреждения, согласные с тем образом политического существования, который каждым из вышеименованных Правительств будет признан за полезнейший и приличнейший для них, в кругу Его владений» . Таким образом, польским подданным Австрии и Пруссии также были обещаны «национальные учреждения». Часть этих обещаний была реализована именно так, как это понимал и предлагал Штейн.


15 ноября 1815 года Александр I выполнил другое свое обещание, данное Царству Польскому — утвердил его конституцию . Она была опубликована 12 (24) декабря, в день рождения императора. Этот документ был результатом объединения положений, содержавшихся в конституции Великого Герцогства Варшавского, дарованной Наполеоном в 1807 году, конституционной хартии 1814 года Людовика XVIII и некоторых положений конституционного характера, разработанных перед Отечественной войной М. М. Сперанским.


Статья 1-я конституции гласила: «Царство Польское навсегда присоединено к Российской империи». Корона Царства становилась наследственной для российских императоров (ст. 3). Католическая церковь объявлялась «предметом особого попечительства правительства» при соблюдении гражданских и политических прав иных «христианских вероисповеданий» (ст. 11), объявлялось покровительство духовенству «всех вероисповеданий» (ст. 12). Конституция гарантировала равенство подданных всех сословий перед законом, свободу печати, неприкосновенность личности, уничтожала конфискацию имущества и административную ссылку. Польский язык объявлялся государственным и обязательным в администрации, суде, армии. Во всех государственных учреждениях Царства должности занимали только его подданные.


28 мая 1815 года был подписан Заключительный генеральный акт Венского конгресса, состоявший из 121 статьи . Политическая карта Европы была перекроена в интересах держав-победительниц, Франция была окружена барьером из владений враждебных ей государств. Закреплялось господство австрийцев в Северной Италии, раздробленность Германии, Бельгия передавалась Голландии, Норвегия — Швеции. В результате завершившихся войн с Наполеоном Австрия приобрела 2300 кв. миль с 10 млн человек населения, Пруссия — 2217 кв. миль с 5,362 млн человек, и Россия — 2100 кв. миль с населением более 3 млн человек . Ее приобретения были явно более скромными, чем вклад в борьбу с общим врагом. Несколько позже, уже в Париже, в продолжение решений Венского конгресса, была решена еще одна территориальная проблема. 24 октября 1815 года была подписана русско-британская конвенция, по которой Ионические острова (Соединенные области островов Ионических) передавались под управление Великобритании .


В условиях опасности реставрации власти Наполеона было ускорено и решение германского вопроса. Актом 8 июня 1815 года устанавливался Германский союз. 11 из 20 статей акта были включены в заключительный акт Венского конгресса — они относились к вопросам международного права (остальные статьи относились к внутренним правам Германии). Акт устанавливал «постоянный Союз», целью которого являлось поддержание «внешней и внутренней» безопасности, независимости и целостности его членов. Управление Союзом вверялось союзному сейму, в котором заседали «уполномоченные» отдельных государств, то есть собранию дипломатов, председательство в котором принадлежало Австрии . Членами Союза, кроме собственно немецких монархов и городов-государств были также король Датский (в качестве герцога Голштинского) и король Нидерландский (в качестве Великого герцога Люксембургского) . Всего в союз вошло, включая 4 вольных города, 39 государств, каждое из которых имело при голосовании право на определенное количество голосов .


Право инициативы принадлежало каждому члену Союза, решение принималось большинством голосов в обыкновенном собрании и 2/3 (из 69) — в пленарном. При решении установления «коренных законов», основных государственных учреждений Союза, различных прав, дел религиозных требовалось единогласие, что, естественно, обрекало состояние дел в Германии на застой. В случае агрессии против члена Союза остальные государства должны были выступить на его защиту и не заключать сепаратного мира. При этом они имели право заключать союзы с другими государствами, при условии, что они не были бы направлены против Германии или членов Германского союза. Противоречия между членами Союза поручались сейму, который должен был впервые собраться во Франкфурте 1 сентября 1815 года .


***
К 20 марта 1815 года Наполеон не контролировал еще всей Франции — западные и южные департаменты оставались верными королю. Однако 23 марта Людовик покинул территорию Франции и бежал в Гент. Это формально освобождало его подданных от присяги суверену и облегчало Наполеону задачу восстановления собственной власти. Только к концу апреля император поставил всю страну под контроль, что позволило ему провести мобилизацию армии.

Русская армия находилась тогда в Польше, 150 000 австрийских солдат были заняты в Италии. Здесь маршал Мюрат, стремившийся удержать за собой королевство обеих Сицилий (Неаполь) и Италию, 30 марта 1815 года призвал итальянцев к оружию. 8 апреля он был разбит и вскоре покинул свою столицу, где была восстановлена власть местных Бурбонов в лице Фердинанда IV . Италия не была решающим театром войны. В конце весны 1815 года никто не мог предсказать последствия кризиса во Франции.


25 мая Александр I отбыл из Вены на верхний Рейн, где собирался встретить свои войска. Расположившись в загородной резиденции баварских королей — дворце Нимфенбург, расположенном недалеко от Мюнхена, он старался избегать шумных развлечений и появлений на публике. Для императора настал период глубоких разочарований в своей политике. И бегство Бурбонов, и предательство союзников, и новая война — все это действовало на него угнетающе. Не имея возможности уединиться в Баварии, он переехал в небольшой город Гейльброн, где 4 июня встретился с баронессой Юлией фон Криденер. Сторонница распространения христианских добродетелей и мистического прочтения скрытых тайн Священного Писания, она оказала значительное влияние на императора, рассказывая об откровениях свыше, которые предначертали ей и эту встречу, и многое из того, что происходило в это время в Европе.


Идея исправления природы человека добродетелью христианского вероучения, веры, которую не в состоянии заменить знание, понравилась Александру. В самом появлении баронессы он увидел проявление Промысла Божьего. 5 июня он переехал в Гейдельберг, где располагалась главная квартира союзных армий. Туда же он пригласил и Криденер. Почти две недели Александр провел в молитвах, вел беседы с баронессой и ее окружением о Библии и толковании ее текстов . Влияние баронессы, очевидно, было велико. Император счел нужным поделиться своими мыслями «О мистической словесности» с любимой сестрой . Впрочем, переоценивать это влияние на внешнюю политику все же не стоит. В основном взгляды на будущее устройство послевоенной Европы Александр сформулировал еще при подготовке своей первой войны с Наполеоном, при формировании 3-й коалиции.


2 января 1805 года Россия подписала союзный договор со Швецией , 30 марта 1805 года — с Великобританией . Целью союза было очищение Ганновера и Северной Германии от французских войск, восстановление независимости Голландской и Швейцарской республик, восстановление власти короля Сардинского в Пьемонте. А также обеспечение безопасности королевства Неаполитанского и полное очищение Италии (считая и остров Эльба) от французских войск. Союз предусматривал учреждение в Европе такого порядка, «который в действительности гарантировал безопасность и независимость различных государств и представлял бы твердую опору против будущих узурпаций» . Под таковым Александр I считал конституционную монархию, при этом вопрос о династии был для него «второстепенным» .


«Главное из этих условий, — писал он в инструкции Н. Н. Новосильцеву перед отправкой того в Англию в сентябре 1804 года, — должно будет состоять в необходимости подчинения конституции, которая будет выработана» . Император думал о будущем Европы: «Ничто не помешает по установлении мира заняться выработкой такого трактата, который сделался бы основой международных отношений европейских держав» . Будущий договор ради будущего мира должен был быть основан «на ясных и точных принципах требования международного права» .


Примерно та же программа реализовывалась императором и в Вене, и после окончания конгресса в 1815 году.


18 июня англо-голландско-прусская армия под командованием А. У. Веллингтона и Г. Блюхера разгромила французов при Ватерлоо. 22 июня палата представителей под влиянием маркиза де Лафайета объявила Наполеона лишенным престола. На упреки в неблагодарности и призыв спасти Отечество и поддержать императора он ответил: «Вы обвиняете нас в неблагодарности, в забвении заслуг Наполеона. Так вы позабыли сами все, что мы для него сделали, что претерпели!.. В песках Египта, на берегах Эбро, Таго и Вислы, в снегах России в продолжение более десяти лет погибли три миллиона французов за гордость и властолюбие человека, который с последними остатками народа, поручившего ему судьбу свою, с последнею нашей кровью, им истощенною, желает ратовать против всей Европы. Мы уже сделали довольно; нам остается — спасти Отечество!» . Франция действительно была обессилена и обескровлена — с 1791 по 1815 год она выставила в армию 4 216 907 человек . Палата пэров поддержала решение представителей, и 25 июня бывший император был вынужден покинуть Париж, и уехать в Рошфор . Предполагалось, что оттуда ему будет легче бежать в Америку

.
21 июня, перед вступлением во Францию, Веллингтон издал воззвание к французам, в котором заявил, что идет, «чтобы освободить вас от железного ига, вас угнетающего». Он обещал всем мир и компенсации за снабжение армии. У тех же, кто поддерживает узурпатора, в пользу армии обещали изъять имущество . Те же положения были повторены им в приказе по армии, изданном в тот же день . 25 июня главнокомандующие армиями союзных держав в ответ на предложение перемирия потребовали выдачи Бонапарта. 1 июля то же требование было повторено в ноте Австрии, России и Пруссии . Главной проблемой союзников становилось умиротворение Франции. Впрочем, было ясно, что основные силы русской армии для этого не понадобятся — 16 июня император приказал вернуть русскую армию из похода по квартирам .

***
Решить задачу по успокоению Франции было чрезвычайно сложно. Страна находилась в кризисе, и явно не могла объединиться вокруг какой-либо фигуры. «Трудно сказать, — отмечал в своем дневнике 23 июня Михайловский-Данилевский, — кого французы желают: они называют Буонопарта жестоким, Бурбонов слабыми, а республиканцами быть не хотят; но все соглашаются, что конституционное правление необходимо» . Никто не мог бы рассчитывать на то, чтобы получить опору во Франции: разные части армии подчинялись в этот момент разным по политическим пристрастиям военачальникам, положение в столице было немногим лучше. Национальная гвардия, которая за полтора года присягала трем разным правительствам, единодушно признавалась ненадежной. Подобные обстоятельства предполагали паллиативное решение, которое могло бы обеспечить спокойствие утомленной многолетними войнами Европе. Слабые Бурбоны при условии сохранения конституции были явно предпочтительнее жестокого и труднопредсказуемого Наполеона.


8 июля англо-прусские войска вновь вошли в Париж, эскортируя Людовика XVIII. По требованию союзников 3 июля в Сен-Клу было заключено соглашение о выводе французских сил за Луару и условиях оккупации . 12 июля король издал два декрета, по которым из армии увольнялось 38 генералов и офицеров, а 29 пэров Франции лишались этого звания. Часть из них была отдана под суд (первым был Ней), часть изгонялась из королевства. Преследовать остальных запрещалось . Милосердие не было долгим. Остатки французской армии — приблизительно 100 000 человек — были выведены за Луару. Положение было весьма тяжелым, власть короля — шаткой. Войска, власти и национальная гвардия за полтора года присягали уже третий раз. Контроль над ними в ряде мест не был восстановлен, старые враги уже начали сводить счеты в провинции. Столица ненавидела пруссаков и англичан и одновременно боялась их . 15 июля Наполеон в качестве военнопленного сдался в руки Англии. 16 июля началось разоружение крепостей и роспуск французской армии, находившейся еще под командованием маршалов Э. Макдональда и Л. Даву.


Вслед за этим 24 июля последовало составление проскрипционных списков. По первому, 19 видных деятелей революции и Империи подлежали смертной казни (в том числе маршал М. Ней), по второму, 38 человек — тюремному заключению до окончательного решения их судьбы. 21 июля 1815 года в Париже был заключен договор, по которому Наполеон объявлялся почетным пленником Великих Держав. Содержание под стражей и определение места заключения поручалось правительству Великобритании . Оно и выбрало остров Св. Елены. Наполеону объяснили, что в случае попытки бежать он «будет заключен гораздо строже». Даже его тело в случае смерти должно было быть доставлено в Англию .


Протоколом 27 августа родственники бывшего императора также были интернированы в различных государствах под ответственность местных правительств и под надзором всей коалиции. К концу августа Франция была полностью разоружена и оккупирована. Сопротивления, за исключением спорадических попыток организовать партизанские действия в Эльзасе и Лотарингии, не было. Поддержки со стороны населения, необходимого для успешной партизанской войны, эти попытки не получили . Большую роль в успокоении эмоций в Париже сыграл приход русских войск и появление в Париже Александра . Демонстрация доброй воли императора была подтверждена и силой коалиции.

В страну было введено 1 135 000 солдат и офицеров союзных армий. У Людовика XVIII хватило сил только для того, чтобы протестовать против требования Фердинанда VII разрешить испанским войскам занять Руссильон. К его мнению предпочли прислушаться. Союзники оккупировали две трети департаментов и потребовали оплатить военное присутствие, на что король вынужден был дать согласие 7 сентября. Общая сумма составила 236 200 000 франков. Изымались и произведения искусства, награбленные французами за 20 лет победоносных войн. Начались долгие и сложные переговоры по определению будущего королевства. Англия и Пруссия настаивали на передаче германским государствам всего левого берега Рейна, выплате контрибуции в размере 1200 млн франков и размещении во Франции 240-тысячной оккупационной армии. Подобные планы активно поддержали Нидерланды, Вюртемберг, Баден и ряд других небольших германских государств. Против этого категорически протестовал Александр I, считавший, что чрезмерное ослабление Франции нарушит европейское равновесие .


Кроме того, Александр I опасался, что разорение страны может вызвать новый революционный кризис, преодолеть который Бурбоны, с их и без того не самым высоким уровнем популярности в стране, будут не в состоянии. Прежде всего ему пришлось преодолевать сопротивление короля прусского, который стремился настоять на демонстративном унижении Франции. Ни письменные обращения, ни личные беседы не помогли Фридриху-Вильгельму — Александр остался непреклонен . Император не допустил наказания Парижа, в том числе и взрыва Йенского моста через Сену. Недаром при втором его въезде в Париж горожане называли его своим избавителем . Императора вновь встречали восторженные крики и надежды на то, что его присутствие защитит от насилия и несправедливости .


В результате позиции русского монарха англо-прусские требования были несколько смягчены. «Одна только поддержка Вашего Величества, — писал герцог де Ришелье императору 5 октября, — может спасти нас... Чтобы избавить нас от гибели, мы можем рассчитывать лишь на помощь Вашего Величества» . 8 ноября 1815 года был подписан второй Парижский договор. Со стороны Франции его подписал герцог де Ришелье. Условия были тяжелыми, однако Александру I удалось существенно смягчить требования, содержавшиеся в первоначальных проектах. Франция теряла ряд важных пограничных территорий, возвращалась в границы 1790 года, обязывалась выплатить 700 млн франков контрибуции. Пруссия и другие германские государства первоначально настаивали на сумме в 1200 млн франков. В залог выплаты и в качестве гаранта спокойствия 150-тысячная армия союзников под общим командованием Веллингтона оккупировала северо-восточные провинции государства. Содержание оккупационной армии возлагалось на Францию .


Одновременно с договором была подписана конвенция, определявшая сроки и порядок погашения контрибуции. Например, по 25 млн получали Пруссия и Англия за победу при Ватерлоо, 5 млн — Испания, 2 млн — Португалия, 3 млн — Швейцария, 2,5 млн — Дания. 400 млн делились поровну между великими державами, оставшиеся 100 млн — между остальными членами коалиции, в зависимости от выставленных войск. Таким образом, Россия получала 100 млн франков .


Население северо-запада Франции поначалу было настроено недружелюбно по отношению к 30-тысячному оккупационному корпусу, что ставило его командующего М. С. Воронцова в весьма сложное положение. На содержание корпуса из французской казны ежегодно выделялось 4 млн рублей (позже эта сумма была сокращена на миллион). Генерал сделал все возможное, чтобы использовать эти средства разумно. Все закупки проводились на открытых торгах, все залоги возвращались, все убытки местных жителей компенсировались. При этом Воронцов не заигрывал с той частью местных жителей, которая думала, что ей будет позволительно нападать на солдат и офицеров. Между тем местная полиция и суд поначалу попытались терпимо относиться к такого рода проступкам. В ответ на это Воронцов ввел в действие суды военного времени, и после нескольких расстрелов все успокоилось .


«Тишина владычествует в недрах Франции, — заявил при открытии Палаты представителей ее король, — дружественные расположения иноземных Государей и точное соблюдение договоров утверждают мир внешний» . Спокойствие было залогом смягчения союзной политики по отношению к Франции. Впоследствии при поддержке России французской дипломатии удалось добиться сокращения суммы и сроков выплат, союзные войска были выведены из страны в 1818 году. Император не остановился даже перед тем, чтобы начать поход русских войск в ноябре.


«Не без доброжелательства провожали русских из Франции, — вспоминал офицер, служивший в русском оккупационном корпусе. — Русский в чужих краях скоро снискивает расположение жителей, стараясь жить их жизнью и осваиваясь скоро с их бытом. Другие войска союзников не могли похвастаться этим; может, они и не искали того» . Жители Мобежа, Авена, Валансьена и Като-Камбрези заказали в честь Воронцова медали с его изображением . Русская оккупация, действительно, с самого начала была менее тяжелой для французов, чем власть союзников. Без сомнения, свою роль в этом сыграла и позиция русского монарха. «Вы все сделали, Государь, — благодарил Ришелье Александра I в апреле 1816 года, — и для Европы, и для Франции: Вам обязана она существованием» .


Спасенная Франция во многом стала основой европейского порядка. Столкновения между великими державами на время ушли в прошлое. Это открывало возможности принуждения к миру и спокойствию малых и средних государств во имя общей стабильности. Необходимо отметить, что Александр I долгое время был противником подобного рода интервенций. Как вспоминал о периоде 1815–1818 годов Чарторыйский, «либеральные идеи были еще окружены для нас ореолом, который побледнел при последующих опытах их применений» . Опыт был действительно мало вдохновляющим, что делало мирное небо над Европой не совсем свободным от порохового дыма. К силе прибегали для поддержания порядка, а иногда и для изменения его. Внимательный современник отмечал: «Гром оружия, раздававшийся около двадцати пяти лет, умолк; Европа торжествует свободу и независимость свою; но волнение душ и умов еще не прекратилось. Желания человеческие ненасытны» .

***
В 1821 году австрийцы осуществили интервенцию в Неаполь и Сардинию, пресекая попытки реформ в этих королевствах. В 1823 году Людовик XVIII отправил в Испанию 100 тысяч «детей Святого Людовика», которые помогли восстановить абсолютную власть Фердинанда VII. В 1831 настала очередь России — сейм восставшего Царства Польского 13 января 1831 года провозгласил детронизацию Романовых. Мятеж был подавлен. В качестве трофеев в Москву были присланы знамена, а также символы государства: королевский трон, дворцовый флаг и, как выразился Николай I, «ковчег с покойницей конституцией» . Они были выставлены в Оружейной палате, причем дарованная Александром I хартия лежала на полу перед портретом своего создателя .


Конституция 1815 года, являвшаяся актом международного права, была действительно мертва, и приняла она свою смерть от мятежного польского сейма. С 1831 года Россия владела «конгрессовой Польшей» по праву меча, а не на основании международного соглашения. В 1832 году для принуждения к переговорам Гааги в бельгийском вопросе к силе прибегли Париж и Лондон. Франция направила в королевство 67-тысячную армию маршала Жерара, блокировала голландское побережье. Все это в немалой степени способствовало становлению нейтрального бельгийского государства. В 1846 году, после восстания в Кракове, было введено военное управление во главе с австрийцами. По предложению Николая I город с прилегающей к нему областью был передан Австрии. Так как Берлин смотрел на перспективу территориального расширения империи Габсбургов без особого энтузиазма, то император даже взял на себя труд убедить Пруссию не препятствовать такому решению .


К середине века реалии 1815 года подверглись столь многочисленным изменениям, что казалось — они вскоре полностью исчезнут с политической карты. Тем не менее они все же просуществовали достаточно долго. Для Италии и Германии пора судьбоносных изменений началась в 1859 и 1864 годах и закончилась в 1871 году созданием Итальянского королевства и Германской империи. Для Польши эти реалии сохранились в неприкосновенности до начала Первой мировой войны.

АЙРАПЕТОВ Олег Рудольфович,
доцент кафедры международных организаций и проблем глобального управления факультета государственного управления МГУ им. М. В. Ломоносова, кандидат исторических наук

Литература


Богданович [М.] [И.] История царствования императора Александра I и Россия в его время. М., 1871. Т. 5. С. 2.

Коленкур А. Мемуары. Поход Наполеона в Россию. Смоленск, 1991. С. 311.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 13; Надлер В.К. Император Александр I и идея Священного Союза. Харьков, 1892. Т. 5. С. 414.

Шильдер Н. К. Император Александр Первый. Его жизнь и царствование. СПб., 1905. Т. 3. С. 280–281.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 5.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 282.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 32–33.

Надлер В. К. Ук. соч. Харьков, 1892. Т. 5. С. 412.

Чумиков А. А. Вызов на дуэль князя Меттерниха императором Александром I. Эпизод Венского конгресса // Русская старина (далее РС). 1887. Том 54. Вып. 6. С. 641–642.

Надлер В. К. Ук. соч. Харьков, 1892. Т. 5. С. 412.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 31.

Там же. С. 37.

Надлер В. К. Ук. соч. Харьков, 1892. Т. 5. С. 451.

Там же.

Там же. С. 452.

Внешняя политика России XIX и начала XX века. Документы российского министерства иностранных дел (далее ВПР). М., 1972. Сер. 1. 1801–1815. Т. 8. Май 1814 г. — ноябрь 1815 г. С. 182.

Чиняков М. К. Эльбская армия // Эпоха 1812 года. Исследования. Источники. Историография. М., 2003. Вып. 2. С. 158.

Мартенс Ф. [Ф.] Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россиею с иностранными Державами. СПб., 1905. Т. 14. Трактаты с Франциею 1807–1820. С. 272.

Михайловский-Данилевский А. [И.] Записки о походе 1813 года. С. 144.

Там же. С. 144–145.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 49.

К № 25 прибавлений к Сыну Отечества (далее СО). С. 2.

Там же. С. 3–4.

Чиняков М. К. Ук. соч. С. 152; 158.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1905. Т. 14. Трактаты с Франциею 1807–1820. С. 272.

Письмо Бонопарте Государям Европы // СО. 1815. № 17. С. 194–196.

ВПР. М., 1972. Сер. 1. 1801–1815. Т. 8. Май 1814 г. — ноябрь 1815 г. С. 250.

Там же. С. 252.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1876. Т. 3. Трактаты с Австрией. 1808–1815 г. С. 182–187.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 310; 312.

ВПР. М., 1972. Сер. 1. 1801–1815. Т. 8. Май 1814 г. — ноябрь 1815 г. С. 259.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 306; 308.; Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 52.

Татищев С. С. Из прошлого русской дипломатии. Исторические исследования и политические статьи. СПб., 1890. С. 47.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 314.

Надлер В. К.Ук. соч. Харьков, 1892. Т. 5. С. 527.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 314.

Чумиков А. А. Ук. соч. // РС. 1887. Том 54. Вып. 6. С. 642.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1876. Т. 3. Трактаты с Австрией. 1808–1815 г. С. 317–353; 359–378.

ВПР. М., 1972. Сер. 1. 1801–1815. Т. 8. Май 1814 г. — ноябрь 1815 г. С. 311–315.

Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. СПб., 1830. Т. 33. 1815–1816. № 25826. С. 71–78.

Мироненко С. В. Самодержавие и реформы. Политическая борьба в России в начале XX века. М., 1989. С. 148.

Соловьев С. М. Император Александр Первый. Политика-дипломатия. СПб., 1877. С. 295.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1876. Т. 3. Трактаты с Австрией. 1808–1815 г. С. 238.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 354–356.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1876. Т. 3. Трактаты с Австрией. 1808–1815 г. С. 231–315.

Шильдер Н. К. Ук. соч. СПб., 1905. Т. 3. С. 318.

Мартенс Ф.  [Ф.] Ук. соч. СПб., 1895. Т. 11. Трактаты с Англией. 1801–1831 г. С. 250–255.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1876. Т. 3. Трактаты с Австрией. 1801–1815 г. С. 276.

Там же. С. 274.

Там же. С. 276–277.

Там же. С. 274–275.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 68.

Пыпин А. Н. Г-жа Крюденер // Вестник Европы (далее ВЕ). 1869. № 8. С. 626–627; Надлер В. К. Ук. соч. Харьков, 1892. Т. 5. С. 530–535; 541–545.

Великий Князь Николай Михайлович. Переписка Императора Александра I с сестрой Великой Княгиней Екатериной Павловной. СПб., 1910. Приложение V. С. 286–290.

Там же. С. 267–271.

Там же. С. 368–377.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1875. Т. 2. Трактаты с Австрией. 1772–1808 г. С. 435.

ВПР. М., 1961. Сер. 1. 1801–1815. Т. 2. Апрель 1804 г. — декабрь 1805 г. С. 147.

Мемуары князя Адама Чарторыжского... М., 1912. Т. 2. С.32.

Там же. С. 34.

Там же.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 68.

Общая табель, показывающая рекрутские наборы, произведенные во Франции с 1791 по 1815 год // ВЖ. 1842. № 4. С. 151–157.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 69–70.

История похода 1815 года. Приложения. № I. Воззвание герцога Веллингтона к французам // Военный журнал (далее ВЖ). 1843. № 2. С. 110.

Там же. Приказ по армии герцога Веллингтона // ВЖ. 1843. № 2. С. 111.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1895. Т. 11. Трактаты с Англией. 1801–1831. С. 239–240.

Русская военная старина. К войне 1814–1815 // Военный сборник (далее ВС). 1909. № 1. С. 239–240.

Михайловский-Данилевский А. [И.] Воспоминания. Из записок 1815 года. СПб., 1831. С. 33.

Там же. С. 36–37.

История похода 1815 года. Приложения. № IV. Условие Сен-Клудское // ВЖ. 1843. № 2. С. 113–117.

Новые декреты короля французского.// СО. 1815. № 32. С. 257–261.

Данилевский А. М. О вторичном восшествии россиян в Париж.// СО. 1817. № 4. С. 163–164.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1895. Т. 11. Трактаты с Англией. 1801–1831. С. 240–241.

Официальное предписание о заключении Бонопарта на острове Св. Елены // СО. 1815. № 36. С. 152–156.

Предводитель партизанов. Рассказ Эмиля Марка де Сент-Илера // ВЖ. 1846. № 4. С. 144–145.; Михайловский-Данилевский А. [И.] Воспоминания. Из записок 1815 года. С. 31–32; Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 62.

Данилевский А. М. О вторичном вшествии россиян в Париж // СО. 1817. № 4. С. 166.

Татищев С. С. Император Николай и иностранные Дворы... С. 132.; Дебидур А. Ук. соч. Ростов-на-Дону. 1995. Т. 1. С. 84.

Богданович [М.] [И.] Ук. соч. М., 1871. Т. 5. С. 88.

Михайловский-Данилевский А. [И.] Воспоминания. Из записок 1815 года. С. 44–45.

Данилевский А. М. О вторичном вшествии россиян в Париж.// СО. 1817. № 4. С. 167.

Татищев С. С. Император Николай и иностранные Дворы... С. 133.

Там же. С. 290–302; 305–327.

Мартенс Ф. [Ф.] Ук. соч. СПб., 1878. Т. 4. Трактаты с Австрией. 1815–1849. С. 18–26.

Б-в Б. Очерк пребывания русских войск во Франции с 1815 по 1818 год // ВС. 1901. № 6. С. 41; 49–50.

Достопамятные европейские происшествия. Речь Людовика XVIII при новом собрании новой Камеры Депутатов, или народным поверенным // РуВ. 1816. № 11. С. 19.

Бриммер Э. В. Служба артиллерийского офицера, воспитывавшегося в 1-м кадетском корпусе и выпущенного в 1815 году // Кавказский сборник, издаваемый по указанию Его Императорского Высочества Главнокомандующего Кавказскою Армиею. Тифлис, 1894. Т. 15. С. 72.

Б-в Б. Очерк пребывания...// ВС. 1901. № 6. С. 60.

Татищев С. С. Император Николай и иностранные Дворы... С. 134.

Мемуары князя Адама Чарторыжского... М., 1912. Т. 1. С. 77.

Иностранные известия. Нравственное обозрение областей Европейских.// РуВ. 1817. № 11–12. С. 51.

Щербатов [А.] [П.] Ук. соч. СПб., 1894. Т. 4. 1831. С. 188.

Бенкендорф А. Х. Ук. соч. С. 503.

Татищев С. С. Император Николай и иностранные Дворы... С. 107.


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России".