Официальный сайт журнала "Стратегия России". Издание Фонда "Единство во имя России".

 

Главная страница

Содержание

Архив

Контакты

Поиск

 

     

 

 

 

№4, Апрель 2020

ДИСКУССИЯ

Владимир АКСЁНОВ
Александр ЮРЧЕНКО
Бескризисная экономика как императив выживания

 

Вполне вероятно, что немало читателей, скользнув глазами по названию данной работы, иронично ухмыльнутся и изрекут: «Да, не исчезает племя наивных идеалистов. Но это уже не французские, почти забытые, а наши, доморощенные, утописты!». И, скажем прямо, подобная рефлексия не станет неожиданностью. Однако авторы предлагаемого исследования убеждены, что для постановки вопроса, как следует из названия, есть многочисленные и зрелые основания.

Введение

Во-первых, эти основания лежат в мировой экономической культуре, давшей немало уникальных примеров эффективных экономических практик и укладов хозяйствования. Далеко не все они нашли обстоятельную оценку, особенно в контексте их возможного агрегирования.

Во-вторых, что особенно важно для сегодняшнего момента и чему, собственно, посвящена работа, — много лет длящееся и уверенное восхождение капитала к вершинам всех форм власти, почти приведшее его ко всемирной финансовой диктатуре, вступает в период стремительно нарастающей неопределённости. Обстоятельствами непреодолимой силы человечество будет неизбежно развернуто к императиву новой цивилизационной парадигмы, к строительству нового экономического справедливого порядка, из фундамента которого исчезнет порочный ростовщический принцип.

Размышления на эту тему, которым авторы стремились придать строгую научную форму, и составляют содержание излагаемой работы.

Отметим в начале, что за период новейшей истории — с середины прошлого века вплоть до сегодняшних дней — произошло немало важных событий, природа и значение которых для современной жизни остались не вполне осмысленными. К этим событиям-знамениям можно отнести следующие:

– появление атомного оружия, сделавшего вооружённую борьбу бессмысленной;

– произошедшая вследствие появления «народного капитализма» радикальная деформация мировоззрения («классового самосознания») трудящихся, прежде всего, развитых стран Запада;

– распад Советского Союза;

– череда цветных революций;

– постоянное вмешательство США в дела суверенных государств;

– глобализация и кризисные потрясения в экономике.

Однако говорить о каких-либо глубоких системных исследованиях, изучивших и объясняющих природу этих явлений, было бы преувеличением.

Не можем, к сожалению, мы говорить и о наличии относительно внятной социологической картины современного мира, его основных системообразующих процессов. Да, в мире продолжается технологическая революция, стремительно развивается наука, функционируют ООН, другие межгосударственные и международные общественные институты, встречаются в различных форматах руководители государств, проводятся глобальные форумы по ключевым вопросам жизни планеты. Однако человечество как субъект, пусть и размытый, так и не приблизилось к выработке общего знаменателя для понимания и оценки происходящих в современном мире событий.

Немало авторов представляют оригинальные исследования значимых явлений, процессов, остающихся всё же фрагментами общей картины, которая является соблазнительной, но всё ещё продолжающей оставаться непорочной, гносеологической мишенью.

Например, ни одна из современных теорий развития мировой экономики не объясняет лихорадку на товарных и финансовых рынках, сущностную природу кризисов и причинный механизм их развития. Каждая теория принимает за основу отдельные действующие факторы и не синтезируется с другими теориями, чтобы представить целостную картину взаимодействия различных факторов. Основные процессы, происходящие в мировой экономике и детерминирующие иные, неэкономические в чистом виде, явления, продолжают уверенно исполнять роль «чёрного ящика», не подпускающего к себе «взломщиков» — исследователей-экономистов.

Подобное теоретическое бессилие, как правило, объясняется невозможностью моделирования сложнейших экономических процессов даже с помощью мощных компьютеров. Впрочем, это легко объяснимо, поскольку в «Капитале» гений Маркса пытался искать истину в «Монблане фактов». Сегодня же фактов и действующих факторов стало значительно больше, и посему искать истину придётся уже в «Эвересте фактов».

На интуитивном уровне можно предположить, что основная причина научно-теоретической ограниченности в описании и квалификации современного мира объясняется не только возросшей многократно его сложностью или же, не без доли иронии, отсутствием высоко развитого искусственного интеллекта. Но прежде всего — отсутствием универсального мощного гносеологического инструмента, инструмента высокой культуры мышления, каковым, к примеру, в своё время и для своего времени зарекомендовал себя марксистский метод.

Разве затянувшееся отсутствие пусть предварительной «околонаучной» социально-экономической картины современного мира или хотя бы его основных системообразующих процессов не является подлинным вызовом для тех, кто продолжает с гордостью называть себя марксистами? Никто из них так и не набрался духа хотя бы попытаться провести с позиции последовательного марксизма анализ современной экономики, с учётом относительно новых условий и факторов социально-экономического развития.

Впрочем, об отношении Маркса к марксистам давно известно. Достаточно вспомнить отрывок из его письма к Энгельсу: «Если они так толкуют мои произведения, то я не марксист! Избавь меня Бог от таких марксистов!». Потому и не удивительно, что глубокое и оригинальное научно-теоретическое исследование, осуществлённое С. Платоновым в духе последовательного марксизма более 30 лет назад («После коммунизма»), было, по сути, не замечено и, естественно, не осмыслено теоретиками коммунистического и рабочего движения. В то же время, что знаменательно, эта работа вызвала живой интерес у думающей и образованной молодёжи, по инициативе которой в СССР были созданы десятки клубов имени С. Платонова.

Органичной частью излагаемого ниже исследования является попытка дать оценку теоретического наследия Маркса, его значения для сегодняшней эпохи. Сохраняющийся значительный интерес к его работам очевиден и понятен — эксперты-аналитики продолжают и сегодня определять марксизм как основное течение экономической теории в силу высочайшей — гегелевской — культуры мышления, концептуального и интеллектуального уровня исследований Маркса. А кризисы, периодически возникающие в мировой экономике, постоянно подогревают интерес к его работам: именно автор «Капитала» первым осуществил глубокий анализ природы кризисов капиталистической экономики.

Существенным отличием современной экономики от той, которую наблюдал Маркс, является завершающийся процесс её глобализации. Это, пожалуй, основная причина заявлений о том, что марксизм устарел и следует развивать другие, более отвечающие природе современности учения. Развал СССР дал ещё один повод для критики марксистского учения. При этом все критики автоматически предполагают, что имплементация марксистской модели, то есть сама практика социально-экономического строительства в СССР, осуществлялась якобы на базе подлинного марксизма, а не той его проекции, подчас весьма искажённой, которая образовывалась после прохождения света учения через мировоззренческую призму сознания идеологов и вождей КПСС.

Мы должны откровенно признать, что марксизм XIX века не обязан давать ответы на все вопросы XX и тем более XXI века. Несмотря на колоссальную интеллектуальную работу Маркса, ему не удалось раскрыть сущность фатальных противоречий капитализма и механизм его самоуничтожения в том числе и потому, что в тот исторический период капитализм находился в стадии активного становления и не мог проявить полноту своей сущности, ведущей к самоуничтожению.

Сегодня без ясного понимания сущности фатальных противоречий капитализма и механизма его самоуничтожения, в условиях активного противодействия мирового финансового капитала этому процессу, марксизм как научное мировоззрение не может претендовать на то, чтобы восстановить своё влияние на сознание масс. Тем более стать столь же определяющим и мобилизующим его фактором, каковым он являлся в начале XX века.

По глубокому убеждению авторов данной работы, дерзко предполагающих всё же поспешными выводы об «устарелости» марксизма, в его теоретических мехах сохраняется огромный потенциал, до которого так и не дотянулись руки утративших, видимо, марксистскую сноровку пролетариев умственного труда — современных теоретиков коммунистического и рабочего движения.

1. ФАТАЛЬНЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ КАПИТАЛИЗМА

1.1. Нарастание проблем с платёжеспособным спросом населения, вызванное постоянным ростом объёмов мирового финансового капитала

Наиболее важным общим заключением, которое содержится во втором томе «Капитала», является положение о неизбежном перепроизводстве как товарной массы, так и денежного капитала. Ещё ранее Марксом и Энгельсом было высказано одно положение, которое не развивалось в более поздних работах. Это предположение о неизбежной тенденции постепенного снижения нормы прибыли при капиталистическом способе производства.

Если вспомнить последние работы Маркса по теории капитала, то следует отметить, что он остался верен своему методу рассмотрения отношений в процессе капиталистического производства и реализации произведённого товара, принятому в «Капитале». Этот метод можно определить как движение от частного к общему. Метод был достаточно плодотворен и позволил автору сделать ряд гениальных прозрений, поражающих своей смелостью и точностью и по прошествии полутора веков.

Основным положением теории Маркса является принцип рыночной экономики, в соответствии с которым необходимо, чтобы реализация произведённой продукции совершалась с превышением доходов над затратами, что определяет прибавочную стоимость и прибыль капиталиста.

Маркс использовал понятие прибавочной стоимости как неоплаченной капиталистом доли труда рабочего, что и легло в основу его трудовой теории стоимости. В настоящее время трудовая теория стоимости не принимается экономистами, так как рыночная стоимость товара зависит во многом от успехов маркетологов, таланта управляющего, рыночной конъюнктуры и т. д. Однако для обобщённого анализа важно только то, что суммарный доход капиталистов от продаж произведённой продукции всегда превышает сумму средств, затраченных на её производство. Роль труда как товара нуждается в дополнительном рассмотрении.

Попытка развить основные положения марксизма с учётом глобализации экономики может быть предпринята путём смены индуктивного метода Маркса — «от частного к общему» — на метод «от общего к частному», то есть на дедуктивный метод.

В соответствии с этим предлагается рассматривать всю экономику планеты как единый рынок, на котором происходят все наиболее существенные процессы. Мировая экономика может быть сбалансирована, если совокупная стоимость всех произведённых товаров и услуг не будет превышать объём суммарного платёжного спроса. В противном случае наступит кризис «перепроизводства товаров» или «кризис платёжной ликвидности». Однако всегда стоимость произведённых товаров будет больше затрат капиталистов на их производство, и вкладывать добавленную стоимость в расширение бизнеса капиталисты не станут, имея проблемы с реализацией уже произведённой продукции.

С учётом глобализации мировой экономики можно утверждать, что это противоречие порождает принципиально неустранимые процессы, которые приведут к самоуничтожению капиталистической общественно-экономической формации.

Для сохранения баланса в мировой экономике необходим банковский кредит, который предоставляется покупателям финансовыми учреждениями. Кредит необходим для функционирования рыночной экономики. Если не будет кредита, истощение объёмов платёжеспособного спроса произойдёт очень быстро, и наступит кризис перепроизводства товаров.

Кредит жизненно необходим финансовому капиталу и потому, что доход от предоставления капитала в пользование является одним из столпов, на которых держится само существование этой формы собственности как капитала. Существенно, что кредит расширяет ёмкость рынка в текущем периоде, но за счёт заимствования части рынка будущих периодов, а это грозит затовариванием в будущем.

Маркс подчёркивает роль кредита в образовании финансового (по его определению — «денежного») капитала. «Деньги извлекаются из обращения и накапливаются в форме многочисленных индивидуальных сокровищ, соответственно, в форме потенциальных денежных капиталов... Можно понять удовольствие, когда при системе кредита все эти потенциальные капиталы, благодаря концентрации их в руках банков и т. д., становятся капиталом, которым можно свободно располагать, становятся «loanable capital», денежным капиталом, притом уже не пассивным, не «музыкой будущего», а активным, ростовщическим капиталом (здесь ростовщический в смысле его роста)».

Объём финансового капитала в мире постоянно растёт не только за счёт прибыли капиталистов. Часть суммы зарплат рабочих и служащих остаётся в банках; рентные платежи по большей части остаются в банках; оплата кредитов — доход банков; капиталист, не расширяющий производства, обращает прибыль в финансовый капитал, который приносит ему дополнительный доход; отчисления на амортизацию производственного оборудования и косвенные налоги на бизнес частично остаются в банках.

Перечисленные процессы определяют постоянный рост финансового капитала, его непрерывное накопление, поскольку в процессе производства товарной продукции финансовый капитал не расходуется.

Процесс искусственного поддержания платёжного спроса ограничивается падением кредитоспособности населения, а заимствования для возврата ранее полученных кредитов формируют долговую пирамиду «плохих» долгов, которая грозит разорением кредитодателей. В высокоразвитых странах потенциал платёжеспособного спроса поддерживается за счёт положительного сальдо внешнеторгового баланса. Но этот же фактор отрицательно воздействует на рынки слаборазвитых стран, которые постоянно сужаются, порождая явление кризиса платёжной ликвидности, во избежание которого правительства многих стран вынуждены прибегать к кредитам мировых финансовых организаций.

1.2. Кредитование государств

Расходы государств формируют значительную часть совокупного объёма платёжеспособного спроса, а наполнение бюджета при постоянно падающем спросе проблематично.

Проблема выдачи кредита частному потребителю связана прежде всего с обеспеченностью кредита, а этот фактор ограничен конечностью доходной базы потребителей. Проще давать в долг государствам, так как, хотя они и не отдадут, зато у них есть что взять в качестве платежей по обслуживанию государственных кредитов.

Таким образом, получил широкое распространение государственный оппортунизм, для которого характерны отказ государства со слабой экономикой от выживания в острой конкурентной борьбе и реализация попыток благополучного существования путём соглашения с развитыми странами, уступка им своего внутреннего рынка в обмен на щедрые кредиты. Возникают огромные государственные долги, так как полученные кредиты частично разворовываются элитой, частично инвестируются в индустрию, частично расходуются на выплаты трудящимся.

Наблюдается переход задолженности государств в госзависимость, фактически — потеря суверенитета. Попавшему в такую зависимость государству извне диктуют социальную и внешнюю политику, по бросовым ценам скупают госсобственность, вынуждают покупать дорогие товары.

Государственные долги, направленные на поддержку национальной экономики, могут быть возвратными, но при условии, что товары внутреннего производства вытеснят с рынка товары другого государства. Однако на страже этого стоят торговые ограничения и различного вида квоты.

Можно утверждать, что в современной финансовой системе платёжеспособный спрос населения планеты постоянно падает, а финансовый капитал постоянно растёт.

1.3. Неразрешимая проблема естественного роста экономики при капитализме

Рассмотрение модели мировой экономики в форме основного экономического тождества позволяет утверждать следующее.

Постоянное сокращение платёжеспособного спроса — закон рыночной экономики, и регулярно возникающие экономические кризисы правильнее называть кризисами платёжеспособного спроса, а не кризисами перепроизводства.

Не очевидным, но чрезвычайно важным проявлением этой закономерности является невозможность развития мировой экономики в объёмах естественного роста. Что мы понимаем под термином «естественный рост» экономики? Это такой её равновесный сбалансированный рост, при котором основная часть создаваемой добавленной стоимости направляется на увеличение объёмов потребления или на инвестиции в расширение объёмов товаров и услуг. Такой естественный рост обычно наблюдается в послевоенные периоды в экономиках стран, ослабленных войной.

Отсутствие потенциала покупательского спроса тормозит рост объёмов производимой продукции. Капитализм создаёт только условия для ускоренного развития, но реальные объёмы промышленного производства растут медленно.

Причём удельный вес промышленности — имея в виду стоимость всех товаров, произведённых в добывающей, обрабатывающей промышленности и в строительном секторе, — десятилетиями снижается в структуре мирового ВВП. Приводимые ниже данные не только примечательны, но и весьма поучительны для оценки перспектив дальнейшего развития мировой экономики: по данным Всемирного банка, удельный вес промышленности в 2018 году составил 30,751 млрд долларов, то есть только четверть (25,44%) от реального ВВП с учётом паритета покупательной способности. В 1995 году он был около 32%.

Причём объём промышленного производства в Китае в 2018 году составил 9172 млрд долларов, или почти 30% от общемирового! А от реального ВВП это 40,9%. Россия (1207 млрд долларов) занимает 1-е место в Европе и 6-е в мире. Удельный вес её промышленного производства в ВВП составляет 32,1%. В лидирующей десятке, кроме Китая, ещё 5 азиатских государств, а также Россия, Германия, США и Мексика. Наименьший удельный вес — в Северной Америке и Западной Европе. В США доля промышленности в ВВП составила в 2018 году всего 18,4%.

Поэтому, рассматривая ситуацию, — в данном случае как гипотетическую, — при которой пролетариат приходит к политической власти, следует прямо сказать, что он сталкивается прежде всего с необходимостью создания высокопроизводительной экономики для удовлетворения растущего потребительского спроса. Ведь в противном случае говорить о социально-экономическом прогрессе было бы самообманом. Однако ограничение стимулов повышения производительности труда и, как следствие, — торможение инициативы, как это и было в СССР, вызывает нехватку товарных объёмов и недовольство населения. Таким образом, прежде чем пролетариату захватывать политическую власть, крайне желательно разработать такую модель экономики переходного периода, в которую включён фактор личной заинтересованности, остающийся одним из важнейших для стимуляции инициативы и развития, а все кардинальные пороки капитализма устранены.

Другое неизбежное следствие «метаболизма» капиталистической экономики — перепроизводство добавочного денежного капитала в руках капиталистов, что и приводит к финансовым кризисам.

Объём финансового капитала в мире постоянно растёт. Источники этого роста, как показал Маркс, не только в том, что капиталисты изымают из обращения деньги и пускают их в оборот в чисто финансовых операциях, но и прибыль от этих операций. Объём доходов от финансовой деятельности в таких странах, как США, сопоставим с доходами индустриального сектора.

1.4. Снижение доходности использования финансового капитала по мере его постоянного возрастания

Известное предположение Маркса о снижении нормы прибыли (он не настаивал категорически на нём) подтверждается сегодня со всей очевидностью как тенденция падения доходности использования финансового капитала по мере его постоянного возрастания.

Это происходит по следующим причинам. Поскольку объём финансового капитала непрерывно растёт, предложение денег на рынке капиталов превышает спрос, и цена денег падает, что выражается в падении банковской процентной ставки. Доходность использования финансового капитала неизбежно падает. Непрерывно ведётся поиск мер по сохранению его доходности.

Не имея возможности получать достаточную прибыль от прямых ростовщических операций, банки начинают скупать активы успешных участников рынка. Такой крен в политике банков вызывает подорожание активов и, как следствие, снижение уровня их доходности.

Государства становятся неспособными обслуживать госдолги, доходность по их долговым обязательствам падает.

Индивидуальные клиенты и мелкие предприниматели в основной массе начинают испытывать финансовые трудности, и растёт масса «плохих долгов». Объём таких долгов увеличивают теряющие конкурентоспособность крупные предприятия.

Снижение нормы прибыли от использования финансового капитала является неизбежным следствием его постоянного роста. Ряд операций становятся невыгодными уже в настоящее время.

Очевидна угроза превращения финансового капитала в «бумажные сокровища», не приносящие дохода. Предощущение грозящих событий на мировых рынках вынуждает наиболее активных участников искать способы сохранения доходности финансового капитала. Падение доходности до значений, близких к нулевым, будет означать, что финансовый капитал перестал быть капиталом.

Скупка золота и редких металлов — издавна практикуемая мера сохранения реальной стоимости обращённой в деньги прибавочной стоимости. Это влечёт за собой непрерывный рост цены на золото. Но количество золота в мире ограничено, а объёмы добычи не успевают за ростом объёмов финансового капитала. К тому же золото — это сокровище, а не капитал.

Попытки сохранить объёмы кредитования вынуждают банки снижать требования по обеспечению возвратности кредитов, что приводит к росту «плохих долгов», необходимости поддерживать банковский сектор со стороны государства.

Но и это не помогает. После кризиса 2008 года американскую экономику вытягивали из рецессии с помощью так называемых программ «количественного смягчения» (Quantity Easing). Или, попросту говоря, массированного вливания ничем не обеспеченных (кроме «честного слова Госказначейства США») долларов. Сведя беспрецедентную операцию по накачке мировой экономики ликвидностью, мировые центробанки так и не получили желаемой инфляции, которая способствовала бы экономическому росту. Массированные вливания были использованы банками для финансовых операций.

Учёные, эксперты и чиновники по всему миру не могут «найти» инфляцию, потому что они смотрят только на ту часть экономики, которая охватывается индексом потребительских цен. Но постепенно и неохотно экономисты приходят к пониманию, что растущая стоимость акций, облигаций, недвижимости, объектов изобразительного искусства, предметов коллекционирования и криптовалют является закономерным признаком обесценивающейся мировой валюты и будущей нестабильности фондового рынка.

За девять лет капитаны финансового капитала влили в поддержание фондовых рынков свыше 3,5 триллиона долларов. Это обеспечивало достаточно стабильный биржевой «бычий» (восходящий) тренд, поэтому большинство игроков на американских фондовых рынках играло на повышение.

Но вот в американской прессе появились сообщения о планах Федеральной резервной системы (ФРС) изъять из оборота часть долларовой массы. По замыслу членов Комитета по открытым рынкам, долларовая ликвидность, которая обильно выливалась на рынки последние девять лет, двигая вверх индексы акций и долговой рынок, будет изыматься из системы и де-факто уничтожаться. На первом этапе планируется «уничтожать» по 10 миллиардов долларов в месяц, после чего этот объём будет увеличен до 50 миллиардов. За такое решение высказалось большинство членов Комитета.

Как отмечают американские чиновники, «избыток легкодоступных долларов послужил причиной масштабных спекуляций и формирования рыночных пузырей». С целью изъятия «лишних» долларов Минфин США планировал выпустить в 2019 году (с октября по декабрь) долговые облигации на сумму свыше 500 миллиардов долларов. Госдолг США при этом, разумеется, вырастает на соответствующую сумму.

Прекращение потока свеженапечатанных долларов приведёт к прекращению «бычьего» ралли на фондовых биржах, которое поддерживалось не реальным улучшением состояния американской экономики, а только мощными денежными инъекциями.

1.5. Роль биржи в формировании кризисных явлений

Львиная доля игроков на фондовых рынках, играющих на повышение, пользуется заёмными средствами (margin debt).

Эти спекулятивные игроки, использующие заёмные средства, могут существовать только до тех пор, пока продолжается «бычье» ралли (что позволяет им платить проценты по долгу за счёт роста стоимости акций). Когда «бычий» (восходящий) тренд сменится на «медвежий» (нисходящий), начнутся прописанные в условиях выдачи займов массовые маржин коллы (margin call), то есть требования заплатить по кредитам. Это вынуждает всех спекулянтов, играющих на заёмные средства, массово продавать акции, что приводит к дальнейшему падению их стоимости.

Именно так обрушивались фондовые рынки и в 2008 году, и в 2000-м, и во времена Великой депрессии. Надвигающийся кризис будет характеризоваться невиданной в последние десятилетия степенью закредитованности биржевых игроков, а следовательно, и его глубина будет значительно сильнее.

Резко возрастает объём биржевых спекуляций, сами операции становятся всё более рискованными. Стремление хеджировать (страховать) риски приводит к трудно вообразимым масштабам оборота производных ценных бумаг — деривативов. Ведь если деньги — это обязательства эмитентов на бумаге, то деривативы — это обязательства многочисленных биржевых игроков, и, если образующийся пузырь лопнет, искать виноватых станет бесполезно.

Торговый капитал непосредственно участвует в процессе постоянного накопления объёмов финансового капитала, так как прибыль торговых структур лишь в сравнительно небольших объёмах направляется на расширение торгового бизнеса в силу постоянного сокращения объёмов платёжеспособного спроса. Основная часть чистой прибыли становится финансовым капиталом.

Но не только этим отличается торговый капитал от других его видов. Торговля очень оперативно реагирует на временные увеличения платёжеспособного спроса, такие, например, как повышение пенсий или уровня зарплат работников бюджетных организаций. Неформальные торговые картели, сетевые магазины, торговые интернет-порталы в очень короткие сроки поднимают цены, провоцируя инфляцию.

Роль торгового капитала является определяющей в начальной стадии инфляционного процесса. По этой причине всякая прямая государственная поддержка падающего спроса путём увеличения социальных выплат оказывается неэффективной. Необходим поиск нестандартных решений.

Следует отметить также роль внешней торговли в сохранении локальных очагов наличия достаточного уровня платёжной ликвидности в некоторых высокоразвитых странах. Положительный баланс внешнеторговых операций определяет факт извлечения прибавочной стоимости за пределами страны — производителя продукции, пользующейся широким спросом. При этом средства, затраченные на производство продукции, остаются в стране, а доход, уменьшающий платёжеспособный спрос, извлекается в стране-покупателе, ухудшая её экономическое положение. Снятие торговых барьеров (система ВТО) всегда определяется выгодой производителей ходовых товаров.

Малоисследованной областью внешнеторговых операций является экспорт трудовых ресурсов. Быстрый экономический рост таких государств, как Япония или КНР, был обусловлен именно таким малоизученным экономическим процессом. Успехи государств, оптимально использующих труд дисциплинированных рабочих, не претендующих на высокие зарплаты, показал, как важно обеспечивать рост внутреннего платёжеспособного спроса за счёт внешних продаж ресурсов страны, не востребованных из-за отсутствия свободного капитала, даже если это труд рабочих.

Экспорт трудовых ресурсов осуществляется в различных формах. Широко распространена практика выезда рабочих за рубеж, с перечислением ими части заработка семьям, оставшимся в стране. Эта форма малоэффективна в экономическом плане, но позволяет выживать людям в крайне неблагоприятных ситуациях.

Гораздо эффективнее аутсорсинг, что и было продемонстрировано в Японии и Китае. В этой форме экспорт трудовых ресурсов не очевиден, рабочие не покидают свою страну, в то время как товары, в которые вложен труд рабочих, развозятся по всему свету, принося прибыль иностранному капиталу.

Экспорт трудовых ресурсов увеличивает платёжеспособный спрос в государстве. Местная промышленность сразу же наращивает выпуск продукции широкого потребления, в которой нуждается население, получившее возможность её покупать. Накапливаются средства на разработку ископаемых, внутренние и внешние инвестиции. Таков механизм ускоренного роста экономики стран, оптимально использующих внутренние ресурсы.

Существенно то, что одновременно уменьшается потенциал платёжеспособного покупательского спроса в тех странах, где произведённые товары реализуются. Не так давно промышленники США размещали в КНР огромные объёмы промышленного производства, радуясь его низким издержкам по причине недорогой рабочей силы в этой стране. И только тогда, когда начали ощущаться проблемы с внутренним спросом, президент США заговорил о необходимости возврата лёгкой промышленности в США.

Было бы правильно, резюмируя содержание представленного материала, сфокусировать внимание заинтересованного читателя на основных важных выводах и положениях.

1. Экономические кризисы «перепроизводства товаров» по своей природе являются кризисами «платёжной ликвидности».

2. «Перепроизводство финансового капитала» практически достигло стадии фатальной опасности дальнейшего роста вследствие критического ограничения доходности промышленного производства. Промышленное производство — единственный родник добавленной стоимости, ресурсный бассейн которого сокращается. Это ставит под сомнение само существование финансового капитала, не способного существовать вне непрерывной подпитки его этим слабеющим потоком добавленной стоимости.

3. Попытки сохранения доходности от использования финансового капитала приводят к появлению «пузырей» в финансовой сфере и не способны кардинально решить проблему дальнейшего существования финансового капитала.

4. Капиталистическая социально-экономическая формация принципиально не может создать общество изобилия, порождая перманентные рецессии.

5. Превращение огромного накопленного объёма фиатных (символических, необеспеченных) сокровищ в реальные ценности возможно только путём насильственного изменения отношений собственности в мировом масштабе.

Продолжение следует

АКСЁНОВ Владимир Александрович,

заместитель председателя экспертно-аналитической Комиссии (Совета ветеранов-министров СССР и РСФСР), сопредседатель «Национального Союза общественных экспертов», кандидат экономических наук

ЮРЧЕНКО Александр Игоревич,

заместитель председателя экспертно-аналитической Комиссии (Совета ветеранов-министров СССР и РСФСР), сопредседатель «Национального Союза общественных экспертов», кандидат технических наук


 

 

 

  © Copyright, 2004. Журнал "Стратегия России".